Божия Матерь многократно являла свое покровительство святогорским сиромахам (из книги Павла Троицкого «Афонские встречи»)

Русский странник, взыскующий Града Небесного

«Еще мое усердное завещание вам, отцы и братия: врата обители да не затворяются никогда для нищих и убогих и всякого требующего. Сам Господь засвидетельствовал воочию всех нас, воздая обильно Своими щедротами обители за незатворение ею врат и милостыни для всех нуждающихся. Сие наблюдайте неизменно, как было, и не ограничивайте вашей милости и после меня».
Из завещания игумена Пантелеймонова монастыря архимандрита Макария.

Раньше сиромахам и другим афонским беднякам раздавалась милостыня. Благодаря милостыне не оскудевали и монастырские запасы. Понимание этого постепенно уходит с ростом рационализма, этой болезни христиан нынешнего века. Сейчас многим кажется, что надежнее полагаться на собственные расчеты, чем на помощь Божию. Бог же всегда наполнял руку дающего.

Насколько это было угодно Богу и Игуменье горы Афон, теперь уже многим известно по чуду, происшедшему в начале XX века в русской обители. Один инок сделал фотографию во время раздачи хлеба, и перед очередью сиромахов, выстроившейся за подаянием, проявилась некая жена, смиренно принявшая раздаваемую милостыню. Так как жены пока еще не ступают на афонскую землю, то ясно, что это была за Жена. Та Единственная, которая присутствует на Афоне и правит Афоном.

В убогой келии монаха
Я образ дивный увидал,
Душа исполнилася страха, Б.М.принимает черек
И я невольно зарыдал.

Царица в длинном одеяньи,
Неизреченной красоты,
В чудесно-благостным сияньи
Полна любви и чистоты

Укрух смиренно получила,
За ней афонцы-бедняки,
Сим чудом братию учила
Не отвергать Ее руки.

Так написал об этой фотографии один монах, наш современник. Несколько лет назад и мне довелось видеть в келье этот образ, вернее, пожелтевший фотоснимок*.

Вот что пишет в своем дневнике другой афонский монах, живший в начале двадцатого века:

«Августа 20-го. Было собрание старших братий. Отец игумен прочитал полученную из Кареи, из протата, эпистолию от 12 августа, в которой на имя игумена Русика выражено многое относительно раздаваемой нашей обителью милостыни череками**, насколько она бесполезна и даже для многих молодых вредна, что необходимо прекратить такую милостыню, а если будет усердие, то благотворить каким-либо иным способом, более целесообразным. Если же, говорится, ваша обитель не обратит внимание на предложение, то Священный кинот решил ходатайствовать пред более высокими властями о прекращении этого дела...
Августа 21-го. Было прочитано протатское письмо. Многие слушали со скорбью, а некоторые и равнодушно. Стали подходить к портарю, отцу Алипию, за череками. В это время иеромонах Гавриил снял фотографию на память. Старики шли в лохмотьях, молодых, как будто, и немного, может быть несколько десятков, из-за которых должна прекратиться эта милостыня...
Сентября 14-го. Отец Севастиан передал, что слышал от портарей, будто один сиромах-пустынник несколько раз видел Женщину при раздаче череков незадолго до отказа и хотел сказать портарю, но в последний раз и сам не видел. Но в последний раз Она оказалась на фотографии. Дивное дело!
Ноября 13-го. Отец Валентин рассказал слышанное им от игумена Нифонта, как в 1886 или 1887 году, живя в келии рядом с параклисом святого великомученика Димитрия, ночью однажды он задремал и видит, вошла величественная сияющая Жена (конечно, Божия Матерь) и говорит:
« Скажи отцу Макарию, чтобы не затворяли врата для нищих, ибо у меня много золота и серебра»...

Вспомним эпизод из истории древнего монашества, дающий некоторое представление о бескорыстии первых монахов. «Во время голода, когда трудно было доставить пшеницу в Египет, преп. Пахомий дал своему эконому сто златниц и послал его купить ее, где только удастся ему найти ее. Бесполезно перебывавши в разных местах, эконом достиг наконец города Гермута, где встретил чиновника, наблюдающего за общественным продовольствием, который, по слухам, глубоко уважал преп. Пахомия и заведенные им обители, и который вследствие того отпустил эконому пшеницы не только по гораздо уменьшенной цене, но еще в два раза больше, нежели на сколько хватало денег, то есть не на сто златниц, а на двести, говоря, что на следующий год уплатите. Эконом возвратился, очень довольный своей поездкой и удачной покупкой, ожидая, что его расхвалит старец. Вышло же совсем другое. Преп. Пахомий, узнав, как все сделано, не позволил и зерна одного внести в монастырь из купленной таким образом пшеницы, и заставил эконома продать ее в окрестности по той цене, по какой она куплена, чиновнику возвратить сто златниц, какие он ему задолжал, а на сто златниц купить снова пшеницы по такой же цене, по какой и всем она продается»***. Вряд ли можно увидеть даже нечто подобное в современных монастырях.

Оставление милостыни, по мнению многих, было одной из причин обеднения обителей. Божия Матерь, у которой много золота и серебра, прекратила раздачу своих богатств тем, кто сам разучился раздавать, кто получаемое от Нее посчитал своим достоянием.

Б.М.принимает черек* ныне большая копия этого снимка помещена у врат русского святогорского монастыря святого Пантелеимона (фото справа)

** черек (чёрек) – хлеб, лепешка по-тюркски. Основная еда в странах Средней Азии. Там эти лепешки пекут в глиняных печах или на камнях. Почему русские на Афоне так называли хлеб (или м.б.сухари?) - сейчас не ясно

*** Древние иноческие уставы, М., 1991. с.35

 

Комментарии


Задайте ВОПРОС или выскажите своё скромное мнение:


Заголовок:
Можете оставить здесь свои координаты, чтобы при необходимости мы могли бы с Вами связаться (они НЕ ПУБЛИКУЮТСЯ и это НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО):

E-mail:
  Ваш адрес в соцсети или сайт:

Прошу ОПОВЕЩАТЬ меня на указанный выше e-mail - ТОЛЬКО при ответах в ветке ЭТОГО коммента!

Вопросы-ответы за месяц