Знаешь… Мне становится неинтересно здесь… Все мои - почти все те, кто мне дорог, близок, кто много значил для меня - уже Там, уже ушли… И хочется быть с ними…

    Краткий рассказ-эссе:   Дорогие мои «мертвецы»

Первозданный мир и птицы летят

Еще лет 20 назад я спрашивала своего духовника о страхе смерти…
Или вернее - о страхе своего личного, персонального умирания:
старения, угасания каких-то незримых внутренних источников жизни…
Каково это? Что это? Как с этим мириться?..

Он ответил по обычаю просто, без словесных витиеватостей, без напускной значительности:
- Знаешь… Мне становится неинтересно здесь… Все мои - почти все те, кто мне дорог, близок, кто много значил для меня - уже Там, уже ушли… И хочется быть с ними…

Это отличалось от "книжных" представлений о смерти, как о сугубо личном переживании…
Точнее - это было чисто Евангельское живое восприятие ухода - как новой встречи.

 
Тогда мне было не совсем понятно про существование каких-то психологических завязок с другими людьми… Я была еще молода, была слишком наполнена и поглощена собою и своим. В моем сердце было мало сопряженности с судьбой другого человека… Да и вообще - сопряженность еще с кем-то или с чьими-то переживаниями, кроме собственных, казалась делом лишним и пустым. Да ты вроде как и жить должна по принципу "знай себя - да и хватит с тебя" в целях хранения сердца… Правда, есть опасность превратиться в банального себялюбца…

Но Там, в Небесной Канцелярии, за нами приглядывают.
И в нашу жизнь приходит человек… Приходят люди.

Ты и знакома-то с ними всего ничего, и не пишете вы друг другу годами, и не созваниваетесь почти… А наступают твои трудные времена и вдруг несут тебе телеграмму из Питера: "Как ты там наша родная. Сердце о тебе болит"… Вот и все… И плевать на всякие там скорби, пусть. Когда вот такое! - и оно у тебя есть!

И когда они ушли Туда - это было первое недоумение земной неполноты во всем… Без них стало неинтересно… Но осталось необъяснимое чувство: "Как ты там, наша родная?" - звучит уже постоянно. Телеграфируют…

Или когда мать Вера то и дело приставала ко мне после смерти В.К.:
"Ну а что та твоя знакомая с онкологией и с веселыми глазами, так ни разу тебе и не приснилась? Не может быть!"
Вот глупая надоеда, думала я, и однажды, устроившись подремать на дежурстве, так прямо В.К. и заявила:
"Приснилась бы ты уж что ли, а?.. Чтоб Верка от меня отвязалась".
Она взяла и приснилась. Ага… Веселая, острая на язык, с вдумчивым, приметливым взглядом…
Переводила она меня в том самом сне через ж/д пути
Путей много, все как-то плотно и страшно переплетены. И шли мы неспешно, осторожно, опасливо…
И не я ее, тяжелобольную, вела - а она меня поддерживала и направляла…
Когда и хлестким своим словцом… И мы преодолели этот путь.

Потому они и уходят от нас - чтобы мы здесь заскучали от безпомощности и пустоты.
Чтобы почувствовали себя глупыми и одинокими - такими, какие мы, в сущности, и есть.

Они берут на себя первый удар, чтобы мы немного забыли о собственных персонах и оглянулись вокруг.

И посмотрели вверх.
И заглянули вглубь.
И жили - с мыслями о главном.
И - ничего не боялись.
Потому что ничего и нет, кроме нашей взаимности. И Небесного телеграфа…

Написано монахиней Евфимией (Аксаментовой), опубликовано в сети 8 февраля 2015 года.
Странничает автор в сети и как Евфимия Суздальцева. Например, тут: facebook.com/evfimiana

Комментарии


Задайте ВОПРОС или выскажите своё скромное мнение:


Можете оставить здесь свои координаты, чтобы при необходимости мы могли бы с Вами связаться (они НЕ ПУБЛИКУЮТСЯ и это НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО):

E-mail:
  Ваш адрес в сети:
Прошу ОПОВЕЩАТЬ меня на указанный выше e-mail - ТОЛЬКО при ответах в ветке ЭТОГО коммента