Крещение – это Таинство, протяженное во времени человеческой жизни! А не просто - взять и окреститься - Священник Дмитрий Шишкин

 

Таинство, протяженное во времени

 

Священник Димитрий Шишкин

Священник отец Димитрий (Дмитрий) Шишкин - Клирик храма Трёх Святителей в городе Симферополе. Закончил Одесскую Духовную Семинарию. Женат, отец двух дочерей

Меня всегда интересовало: какая связь существует между таинством крещения и смертью Иисуса Христа. А связь эта очевидна хотя бы из слов апостола Павла: «Все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились» (Рим. 6, 3).

Господь говорит: «Кто будет веровать и креститься, спасен будет» (Мк. 16, 16). Но если мы предполагаем протяжённость веры во времени земной жизни, то о крещении обычно говорим в «одномоментном» понимании, то есть, в том смысле, что человек должен взять и окреститься. Это конечно так, и момент крещения являет собой духовное рождение, но есть у понятия крещения и другой, «протяжённый» во времени смысл.

Апостол Павел говорит что «вера есть осуществление ожидаемого» (Евр. 11, 1), не только в том смысле, что верующий получит, в конце концов, то, что ожидал, но и в том смысле, что Царствие Божие мы должны осуществлять, воплощать в своей жизни. То есть вера – это именно делание, исполнение правды Божией. Вот то же можно сказать и о крещении. Крещение – это таинство распространённое, протянувшееся во времени человеческой жизни, таинство, тесно связанное с верой и образом нашей жизни.

В 20-й главе Евангелия от Матфея рассказывается о том, как мать братьев Зеведеевых просит Господа, чтобы им сеть по правую и левую руку от Него в Царствии Небесном. И вот Господь, между прочим, спрашивает у братьев: «Можете ли креститься крещением, которым Я крещусь»? И на согласие последних отвечает: «Крещением, которым Я крещусь, будете креститься».

Господь на этот момент уже был крещён во Иордане, были крещены и Его ученики, но тем не менее Спаситель говорит о крещении в будущем времени. И хотя мы знаем, что полное крещение «водой и Духом» станет возможно только после Пятидесятницы, но в этом месте речь идёт об ином.

Авторитетный толкователь Евангелия – Блаженный Феофилакт Болгарский поясняет, что крещением в данном случае Господь называет Собственное страдание и смерть, а так же страдание и смерть Своих последователей. Но не страдание и смерть вообще, а именно те, что претерпеваются ради Истины, по правде Божьей, вопреки «лежащему во зле» миру. Вот именно эти скорби и делают нас причастниками Христа! В известной степени – это и есть содержание, суть таинства Крещения, которое, совершившись однажды, раскрывается и осуществляется во всё время нашей земной жизни и даже до последнего её момента и в вечности!

Как же нам важно об этом помнить особенно сейчас, когда главной «религией» мира стала религия гедонизма; когда наслаждение, удовольствие и комфорт считаются главными критериями полноценной жизни. Но вот в чём главная беда этой «общемировой религии»: стремление избежать, избавиться любыми путями от страданий, трудностей и проблем, достичь «лёгкой жизни», приводит к тому, что «лёгкость» эта, возведённая в принцип, оказывается как раз причиной многих безысходных страданий и мук. И скорби эти, в отличие от скорбей «по правде», не спасительны, а невыносимы, губительны для души, именно потому, что связаны со стремлением уклониться от Заповеди Божьей.

Господь говорит: «иго Моё благо, и бремя Моё легко есть» (Мф. 11, 30). И действительно, христианская жизнь, терпеливое перенесение связанных с ней скорбей, доставляет душе неизреченную отраду, даёт почувствовать хоть отдалённо причастность жизни Самого Бога. Это и есть отголосок той «совершенной радости», ради которой Господь пришёл в мир, и которая способна дать человеку силы в преодолении тягот земного существования.

«Всё могу в укрепляющем меня Иисусе Христе» – восклицает апостол Павел (Флп. 4, 13). Какие ликующие, победные слова! Но силу и глубину этих слов может понять только тот, кто день за днём, преодолевая трудности, продолжает креститься тем крещением, о котором говорит Господь. Только умирая ежедневно для греха, распиная плоть со страстьми и похотьми, мы обретаем надежду на воскресение со Христом.

И эта надежда есть средостение нашей веры!

 
Священник Дмитрий Шишкин "Таинство, протяженное во времени"
08 апреля 2011 года - pravmir.ru/tainstvo-protyazhennoe-vo-vremeni

 

Комментарии


Задайте ВОПРОС или выскажите своё скромное мнение:


Можете оставить здесь свои координаты, чтобы при необходимости мы могли бы с Вами связаться (они НЕ ПУБЛИКУЮТСЯ и это НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО):

E-mail:
  Ваш адрес в сети:
Прошу ОПОВЕЩАТЬ меня на указанный выше e-mail - ТОЛЬКО при ответах в ветке ЭТОГО коммента

 

Что такое воцерковленность?

 

По данным опроса, проведённого Всероссийским центром изучения общественного мнения, примерно 75% населения России считает себя православными, но из них крещены только 84%, в общих чертах знакомы с содержанием Священного писания 54%, посещают храм 17%, соблюдают посты и религиозные праздники 11%, исповедуются и причащаются 8%, носят нательные кресты 3%.

Словом, прибегая к актуальной терминологии, «переаттестацию» прошли бы не многие. Но в чём же причины такой безпечности?

В житейском плане мы все понимаем, что нужно соответствовать своему званию, доказывать состоятельность. Не случайно при приёме на ответственную работу требуют резюме. И всякий трезвомыслящий человек старается это резюме наполнить реальным, выигрышным для себя содержанием, особенно важным в условиях рыночной экономики и конкуренции. Цена вопроса высока – жизнь земная, достаток и благополучие семьи, стабильность и благоденствие.

А теперь представьте, что приходит устраиваться, ну, скажем, архитектором этакий разболтай в помятом костюме, небритый и на вопрос о его резюме отвечает с ухмылкой: «Да на что оно вам? Какая разница… Просто я когда-то в детстве любил складывать кубики и у меня получалось…. вот я и подумал: может мне в архитекторы податься?»

Комментарии, как говорится, излишни...

Если так важно соответствовать профессиональным требованиям, если мы столько уделяем внимания своей работе, понимая, что от этого зависит наша земная жизнь, то как же истово мы должны стараться соответствовать своему званию христианина, если цена этого вопроса – вечная жизнь!

Почему-то многим кажется, что духовная жизнь это только метафора, что-то само собой разумеющееся и туманное, некое естественное продолжение обычной, земной жизни. Что нет в этой духовной жизни ни особых задач, ни правил, ни требований. Однако это не так.

Для безпечности, для мнения о том, что спасение происходит само собой, естественным образом у нас нет никаких оснований. Более того, апостол Павел говорит: «Если праведник едва спасается, то нечестивый и грешный где явится?» (1 Пет. 4, 18).

 
Духовная жизнь созидается в нас благодатью Духа Святого при нашем добром расположении и усердии в соблюдении Божьих Заповедей. Конечно, Дух дышит где хочет (Ин. 3, 8). И в людях далёких от Церкви действует Дух Божий, призывая человека к покаянию и святости. Но кроме этой «предваряющей» Благодати существует особая духовная жизнь, путь сознательного и постепенного восхождения к Богу, и этот путь возможен только в Церкви. Больше того, Церковь и создана Господом для нас – людей, для нашего спасения.

Пренебрежение благодатным опытом Церкви это не только грех, но и роковая ошибка, гибельная для самого человека. Господь говорит, что «если кто Церкви не послушает, да будет он тебе «как язычник и мытарь» (Мф. 18, 17). Так условно названы люди, находящееся в крайней духовной опасности. Не отверженные, но сами отвергающие истину, не проклятые, но проклинающие себя своим пренебрежением к Церкви Божьей.

Вот почему с понятием духовной жизни неразрывно связано понятие воцерковлённости, то есть соответствие тем внешним и внутренним требованиям, которые позволяют нам не только называться, но и быть христианами.

 
Церковь – это Тело Христово, непостижимое и таинственное продолжение, распространение Господа во времени, пространстве и в вечности… Тут великая тайна! Мы все, православные, хотя и части от целого, но части полновластные, разумные и свободные, вот почему ещё Церковь в целокупности своей именуют Невестой Христовой!

Что может быть теснее и вместе с тем свободнее, чем единство жениха и невесты, связанных взаимной Любовью. Но в обычном, житейском смысле, между женихом и невестой ещё присутствует чувственность, то, что греки именуют эросом.

В жизни же духовной действует Любовь иная, высшая.
Греки вообще хитрецы премудрые, у них ведь для каждого оттенка любви есть своё слово,
и высшее из них – чистейшая Агапа – означает Божественную Любовь -
Высшего Жениха – Христа
и Его Божественной Невесты – Церкви.
И это единство так неразрывно и всеобъемлюще,
что Церковь действительно есть Тело Христово, а Господь, если так можно сказать, – Душа Церкви, её Жизнь.

Больше того, Тело Христово (Церковь) созидается и по сей день обретением, приобщением к высшей жизни новых и новых душ. Такова теснота общения, единство нерасторжимое в Духе, которое Бог благоволил нам даровать… и если бы мы только понимали величие и высоту этого единства!

Ту Благодать, ту святость, которая даётся человеку при крещении как талант, нам всем надлежит умножить, подвизаясь законно, то есть не так, как нам кажется правильно и хорошо, а как учит Церковь. Апостол Павел так и говорит: «Если же кто и подвизается, не увенчивается, если незаконно будет подвизаться» (2 Тим. 2, 5). Святитель Иннокентий (Борисов) поясняет: «Подвизается не законно тот, кто не хочет подвизаться, как велит Господь. Как узаконила Святая Церковь, как определили и показали своим примером Святые Отцы». То есть нам нужно не доверять своим представлениям и фантазиям о духовной жизни, а сердцем, душой вникать, вслушиваться в дыхание Духа Святого, животворящего Церковь, действовать в полном согласии и единстве с ней.

 
Да, можно посещать храм, исповедоваться и причащаться формально и не жить духовной жизнью. Это так. Больше того, можно за внешним соблюдением церковных обрядов утратить живое общение с Богом и перестать быть членом Церкви. Но также верно и то, что нельзя пренебрегать исполнением Заповедей, посещением храма, исповедью, причастием и думать, что ты живёшь духовной жизнью, потому, что церковная жизнь – это единственно возможный путь воссоединения человека с Богом.

 
Но почему же то, что мы обыкновенно называем Церковью столь очевидно несовершенно?!

Дело в том, что Церковь представляется многим не тем, чем является на самом деле. Если можно так сказать, вокруг Церкви Христовой мы строим какую-то иную, «ветхую» церковь, по образу ветхого, падшего человека и так «преуспеваем» в этом занятии, что подлинную Церковь разглядеть бывает совсем непросто.

Вот что об этом говорит владыка Антоний Сурожский:

«Мы исповедуем Церковь одну, а создаём и живём в другой. Эмпирическая церковь, церковь в которой мы фактически живём и действуем, страшно не похожа на ту Церковь, которую мы исповедуем».

Церковь подлинная, святая скрыта за внешней деятельностью несчастных и грешных людей, недостатки и немощи которых так очевидны. Но та же Церковь пребывает в тех же несчастных людях, в тайниках их страдающих и кающихся душ, в тайниках, освящённых милующим светом. И каждому, хотящему быть членом Церкви, раньше или позже предстоит осознать в себе эту антиномию – очевидное греховное несовершенство и покаянную причастность Божественной Благодати. В этой сокровенности, если угодно, одна из тайн Церкви.

Вспомните, именно святость, сияние славы Господней, Его любовь несказанную, тишину мы находим изначально в Церкви, потому и тянемся к ней, но потом это сияние как бы отступает, и вот тогда-то мы видим всю ту грязь и ужас, которые сами-то и создали страстями своими, греховной жизнью. И вот здесь самое главное не забыть ту Церковь, а точнее сказать, ту Любовь живую, которую мы в Церкви вначале обрели Духом.

Дело всё только в нас, в слепоте нашей, в неумении вспомнить и рассмотреть то, что видели мы вначале. А увидеть надо! И не только увидеть, а отыскать, обрести, сродниться. И пусть это мучительно и больно порой, но без труда, без опыта преодоления своей слепоты, не может быть единения с Богом, без которого жизнь безсмысленна и пуста.

И вот ещё что важно. Мы всё какой-то правды, справедливости ищем, любви, пожалуй. Но ищем-то из своей же болезни, потому что сами больны и взгляд наш горячечный, замутнённый. А Господь всех нас, больных и зачумлённых, страшных в падениях и грехах, но и кающихся любит одинаково, потому что видит в нас тот добрый залог, те усилия, падения и ошибки, но и слёзы сокровенные, живые, которые делают нас причастниками Его жизни, Его святости, и которые мы сами видим и знаем в себе. Знаем, помним и верим, что Господь это малое добро тоже в нас видит и знает, и милует, и жалеет, покрывая наши грехи Любовью. Но почему же мы другим в этой жалости так легко отказываем, почему видим их только жестоким, суровым взглядом, да ещё и, страшно сказать, определяющим?! Вы понимаете, вот таким-то видится нам человек, и видение наше становится приговором, костенеет со временем. Слепцы, слепцы мы и в этом главная наша беда! Пока не поверим в святость других, пусть в перспективе, как в возможность реальную, пока не почувствуем её живо – и сами не станем причастниками Благодати. Потому, что надо нам усвоить себе взгляд Христов, дух Его, а без этого всё – мука одна безысходная и слепая.

 
Воцерковление – это труд преодоления препятствий, путешествие к Богу, совершаемое зачастую не благодаря, а вопреки обстоятельствам. Это сознательная и мучительная борьба со своими грехами, терпеливое восхождение к высшей Цели, достойной всех трудов и усилий.

Господь учит нас искать Царствие Божие, то есть оно не явлено, скрыто от нас и нужно приложить немало терпения и труда, чтобы это сокровище обрести, открыть для себя и усвоить. Но Царствие Божье – это не что-то, что будет потом, когда-нибудь, после смерти. Царствие Божие – это состояние духа, которое делает человека причастником жизни Бога уже здесь, в земной жизни.

«Царствие Божье не пища и не питие», – говорит Апостол Павел. То есть не то, что относится к плотской, чувственной жизни. – «Но праведность и мир и радость во Святом Духе» (Рим. 14, 17). Это очень важные слова!

Когда человек начинает сознательно жить по правде Божией, жить полноценной церковной жизнью, он обретает мир с Богом, с людьми, с собственной совестью, и из этого мира рождается совершенно необъяснимое чувство радости о Духе Святом. Вот эта радость и есть преддверие той совершенной радости, к которой всех нас призывает Господь.

Священник Димитрий Шишкин > Церковь > Что такое воцерковленность?
24 июня, 2011 • Священник Дмитрий Шишкин • http://www.pravmir.ru/vocerkovlennost

 

Бог кающихся

    Священник Дмитрий Шишкин

фото Синая священника Дмитрия Свердлова

 
Передо мной растерянный и напуганный человек:

- Батюшка, я молюсь, а они параллельно тоже – голоса, бесы, я же понимаю. Думаю, как же так, разве бесы могут молиться? А они смеются и продолжают молитвы повторять в голове… за меня, понимаете, батюшка? Я чуть с ума не сошёл от ужаса. Как же такое возможно?!

Батюшка Димитрий Шишкин - А вот возможно, оказывается, потому, что буквы, слова сами по себе не имеют силы. А силу действительную, живую имеет только Благодать, Дух Святой, и молитва, пост, добрые дела – это только средства по приобретению, стяжанию этого Духа. Об этом единодушно говорят Святые Отцы. Больше того, если человек сосредоточен только на внешнем исполнении тех или иных обрядов и ритуалов, бесы могут его оставить в покое, потому, что главная их задача достигнута – человек не ищет Духа Святого, душа его лишена жизни духовной, мертва, а бесам большего и не нужно…

Но каковы же признаки присутствия Духа Святого? Как узнать, что молитва не напрасна, что она действительно услышана Богом?

Главный признак – это смирение, покаянное чувство, плач о своих грехах. Вот чего нет и не может быть у бесов и что отличает молитву от любой, даже самой искусной подделки. Молитва – связь, соединение человека с Богом, и это единство именно происходит «на территории» покаяния. Бог есть Бог кающихся – говорится в молитве перед исповедью.

 
Но что же делать, если покаяния истинного, глубокого, со слезами нет? Неужели молитва тогда не имеет смысла? Оказывается, и здесь всё не так просто. Есть молитва «трудовая», когда человек, преодолевая окамененное нечувствие сердца, с усилием устремляет внимание в смысл произносимых молитвенных слов, ища благословения Божьего всем сердцем при полном осознании собственной немощи.

И, опять же: вот чего не может быть у бесов – покаянного устремления к Богу, искреннего желания соединиться с Ним. И это желание подвластно человеческой воле даже при самых неблагоприятных и мучительных обстоятельствах холодности, нечувствия или наоборот – смуты сердечной или безпокойства, когда молиться бывает особенно мучительно и трудно. Святые Отцы в таких случаях советуют именно быть внимательным к словам молитвы, вникать в их смысл. Это труд и труд немалый, но он всегда бывает вознаграждён раньше или позже. Дух Святой отвечает на такой смиренный труд живым покаянным чувством, умилением сердечным, которое есть, конечно, в первую очередь Божий Дар, но также и результат наших усилий, направления нашей свободной воли.

Преподобный Симеон Новый Богослов в своих трудах много и ярко говорит о том, что невозможно жить духовной жизнью «бессознательно», не понимая: действует Благодать в душе или нет! Больше того, преподобный Симеон Новый Богослов говорит, что если человек не ищет этого реального и ощутимого действия Благодати, то он лишает себя сознательно духовной жизни, остаётся духовным мертвецом.

 
Но так же решительно Святые Отцы запрещают искать каких-то видений, восторгов, особых состояний, которые в широком ассортименте доставляют бесы, вводя человека в состояние прелести. То есть сам корень этого слова – «лесть» – указывает на то, что бесы льстят человеческому самомнению, гордости, напускают на него туман, под видом благодатных состояний, и случается это особенно часто тогда, когда человек ищет не Бога, а именно каких-то «возвышенных переживаний», восторгов, которые позволили бы ему ощутить свою «особенность».

Вот почему один из главных признаков действительной молитвы есть глубокое и ясное осознание своей греховности, соединённое с покаянным чувством, со слезами. Всё тот же преподобный Симеон Новый Богослов сокрушенное умиление называл - царицей добродетелей. Но в этом покаянном чувстве растворено и несказанное утешение, так что покаянный плач никогда не бывает безнадёжным, отчаянным. Напротив, именно в покаянии душа обретает согласие с Богом, исполняется несказанной и милующей Благодати, как бы омывающей и врачующей душу, так что покаянные слёзы доставляют душе утешение и покой.

 
Конечно, кроме покаянной молитвы бывает и благодарственная молитва и просительная, но и в благодарной радости и в напряжённой просьбе всегда должно присутствовать живое сознание собственного ничтожества; сознание, впрочем, ничуть не уничижающее, а умиротворяющее, возвышающее душу. Достоинство, красота и ликование души – это Дух Святой. Душа, сопричастная Благодати, ничуть не тяготится и не смущается собственной малостью и никчемностью.

 
Самым распространённым препятствием для сердечной, покаянной молитвы бывает нераскаянный грех. Очень часто мы оправдываем себя в тех или иных обстоятельствах, выстраиваем в уме сложнейшую систему собственной самообороны, но лишь каменеем душой.

На самом деле всего-то и нужно – признать свою вину, которая, как правило, «лежит на поверхности», совесть подсказывает её – эту вину непрестанно и принять, признать её мешает только гордость – это опаснейшее качество, которое в соединении с упрямством способно довести душу до страшного омертвения.

Если молитва внимательная, неспешная долгое время остаётся «сухой», то нужно не ослабевать вниманием и усердием, и тогда вина греховная, препятствие станет вполне очевидно. И всё что нужно – эту свою вину признать, назвать её прямо и попросить у Бога прощения с твёрдым желанием исправиться – и Дух Святой приходит тогда моментально, так любит Господь человека! Он как будто только и ждёт этого признания, этой покаянной сердечной правды от человека, чтобы прийти и утешить и простить, и омыть с Любовью исстрадавшуюся душу.

Как сладостно покаяние, какая в нём заключена бездна милосердия и Любви Божией – об этом опытно знает каждый христианин!

Священник Дмитрий Шишкин

Священник Димитрий Шишкин • "Бог кающихся"
2 августа, 2011 • pravmir.ru/bog-kayushhixsya