Как осужденный «поп» Николай Блохин стал священником

Как «поп» стал священником

Известный православный писатель Николай Блохин несколько месяцев назад рукоположен во священника. Теперь он - отец Николай. Его служение началось далеко - в Комсомольске-на-Амуре. И паству он себе выбрал не простую - окормляет колонию строго режима № 7. Это не случайно: в свое время отец Николай и сам был узником - его посадили в тюрьму за распространение православной литературы. В колонии ему дали кличку «поп». «Пророчески получилось…» - смеется отец Николай.

К вере я пришел поздно, крестился в 32 года... К Таинству Крещения меня подвигло чтение Евангелия... И был ошеломлен. Евангельский текст несет в себе огромную духовную силу. Одна фраза совершенно меня перевернула: "Если свет, который в вас - тьма, то какова же тьма". Я был просто потрясен: мы всю жизнь думали, что мы - свет, а на самом деле - тьма. Это не могут быть слова человека, это мог сказать только Бог... Эту Книгу человек написать не мог, в ней в каждой букве, в каждом слове - печать Духа Святаго. Николай Блохин о своём пути

 

- Верующий человек в пожилом возрасте обладает уже немалым духовным опытом, а принятие священства - это серьезный поворот. Чего Вам недоставало в духовном опыте всей предыдущей жизни?

- Служения священника. И именно того, что обретается в Таинстве священства - особой благодати. Ее я и обрел. Духовный опыт мирянина, каким бы глубоким он ни был, - это не всё... Священническое служение - отдельный опыт. И мирянин никогда, в том числе и в тюрьме, не сможет сделать того, что сможет сделать священник.
Ведь заниматься тюремным служением я собирался давно. Но с кем бы из архиереев я ни говорил о моем рукоположении и окормлении тюрем, все спускалось на тормозах. Да и мало ли чего я тогда хотел…
Важно, что теперь мне предложили стать священником - и я не отказался. Поворотным моментом стало внезапное знакомство с владыкой Николаем, епископом Амурским и Чегдомынским. Он очень серьезный человек и сразу мне понравился. Видимо, я ему тоже. Тем более он читал мои книги. Он предложил: «Давайте?», и я ответил: «Давайте!» И вот я мгновенно в Комсомольске-на-Амуре.

- В чем для Вас особенность тюремного служения?

- Я для осужденных «свой» - и все это понимают. Я ведь и сам в свое время сидел в тюрьме. Поэтому теперь, конечно, вижу осужденных насквозь. И они меня тоже. Врать тут не получится.
Я уже начал служить «на семерке» - колония строго режима № 7 в Комсомольске-на-Амуре. Храм во имя прп. Саввы Освященного там построен зеками и по их инициативе. Литургию я служу каждый день. Всего на территории епархии - четыре колонии. По полторы тысячи человек в каждой.

- Если бы Вас просили дать одно главное наставление осужденным, что бы Вы сказали?

- «Братва, вы сидите не за то, что следует по статье, а за свои старые грехи». И это не просто мораль или красивые слова. Это правда. Большая часть из тех, кого я окормляю, осуждена, конечно же, по закону, но перед Богом наказана не по закону, а по совести. Несколько огрубляя, можно сказать, что идет «накрутка» - как раз за те грехи, которые они совершили, о которых правосудие не узнало и которые даже иногда бывают юридически неподсудны… Это все довольно хорошо известно, но когда я стал священником - столкнулся с этим вплотную. Приходится объяснять, что невиновных среди осужденных нет.

- Что для вас оказалось неожиданным в священническом служении? С чем вы не ожидали столкнуться?

- Меня рукоположили 12 апреля 2012 года. Приблизительно четыре месяца назад. Я понимаю, что, учитывая мой возраст, времени мне отведено немного. Буду относиться к нему более внимательно. Меня поражает расположение людей, которых я встречаю как священник. Иногда кажется, что верующих на зоне больше, чем на свободе. Получается, чтобы начать читать нужные книги, надо сесть в тюрьму. Чтобы познать Христа, надо сесть в тюрьму. Не для всех, конечно, - для некоторых. На воле многих держат старые привычки - и не дают сделать шаг к Богу.

- Может ли, с Вашей точки зрения, тюрьма исправить человека?
- Исправить может Церковь. Ведь исправить - это значит привести к покаянию. Чтобы вновь не совершить преступление, нужно хотя бы маленькое раскаяние. Понимание того, что даже самое малое преступление - это шаг в ад. А такое понимание может дать только Церковь.

Конечно, какой-то процент бывших заключенных всегда будет возвращаться к своим старым грехам. Но Церковь может этот процент уменьшить. Хотя и среди революционеров много было крещеных…

Но сейчас я вижу перед собой людей, которые на зоне впервые узнают о том, что можно креститься, что существует Литургия, что есть священник, который учит другому - не тому, к чему они привыкли. Наше общее покаяние способно помочь вернуть осужденного в общество, а народ - в церковь.

- Есть мнение, что служение священника на обычном приходе «поддерживает» его тюремное служение и технически, и морально. Но есть и противоположная точка зрения: окормление тюрьмы должно быть основным и единственным служением священника. Как Вам кажется?

- Тюремному служению надо отдавать всего себя. Совмещать с чем-то еще практически невозможно. К тому же священник должен понять свое предназначение: это ли его призвание? Нельзя скомандовать: «Иванов, Петров, Сидоров - завтра пойдете служить в тюрьму». Я выбрал именно этот путь осознанно. И мне нужно многое успеть.

Беседовал диакон Петр Пахомов

 
БИОГРАФИЧЕСКАЯ СПРАВКА: Николай Владимирович Блохин, писатель. Родился в 1945 году, 21 декабря. Был чемпионом ДСО «Динамо» по самбо. В 1979-м по благословению своего духовника иерея Димитрия Дудко и владыки Питирима занялся печатью и распространением православной литературы (подпольным "самиздатом"), которая тогда была под запретом.

Деньги через нас протекали огромные. Мы (5 человек) выплатили людям, которые нам печатали книги (молитвословы прежде всего), 162 тысячи рублей. Это 1982 год, когда машина "Волга" стоила 6 тысяч. Наши жены получали от нас где-то 250-300 рублей в месяц, тогда это были вполне сносные деньги (средняя зарплата советских людей была где-то вблизи 120 рублей). Но и не больше. Остальное шло на производство. Поэтому эти 200 тысяч экземпляров мы и сделали.

За это был осужден в 1982 году на три года лишения свободы. Потом за религиозную пропаганду в МЛС срок продлили. Писателю пришлось побывать в четырех тюрьмах и пятнадцати лагерях. Даже свою первую повесть - «Бабушкины стекла» - Николай Блохин написал в следственном изоляторе Лефортово (Федеральное Казенное учреждение СИЗО № 2 ФСИН России, а в то время СИЗО КГБ СССР). После четырех лет заключения, в 1986-м, писателя освободили: в стране начиналась другая жизнь, и то, за что его осудили, больше не считалось преступлением.

Член Союза писателей России, неоднократный лауреат премии «За лучшую книгу года». С апреля 2012 года - священник Русской Православной Церкви (рукоположен в Великий Четверток).

Приписан клириком кафедрального Ильинского собора г.Комсомольск-на-Амуре, руководитель епархиального Отдела по тюремному служению Амурской епархии.

Комментарии


Задайте ВОПРОС или выскажите своё скромное мнение:


Заголовок:
Можете оставить здесь свои координаты, чтобы при необходимости мы могли бы с Вами связаться (они НЕ ПУБЛИКУЮТСЯ и это НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО):

E-mail:
  Ваш адрес в соцсети или сайт:

Прошу ОПОВЕЩАТЬ меня на указанный выше e-mail - ТОЛЬКО при ответах в ветке ЭТОГО коммента!

Дай БОГ ему силы. Читала на одном дыхании и с каким-то детским недоумением. Купила первую книгу случайно, остальное нашла в интернете. Всем рассказываю о его книгах и какие есть раздаю. В то время когда писатель работал на БОГА я, не намного моложе его, в храм лишь заходила.

Последние комменты