Чужая беда и боль становятся частью глобального шоу… Подлинный Апокалипсис тихо происходит в наших сердах… - Отец Дмитрий Шишкин

 

Тихий Апокалипсис

 

Священник Димитрий Шишкин

Священник отец Димитрий (Дмитрий) Шишкин - Клирик храма Трёх Святителей в городе Симферополе. Закончил Одесскую Духовную Семинарию. Женат, отец двух дочерей

Год начался тревожно, как по Писанию: ужасные явления, землетрясения по местам, смятения и войны… и море «восшумело и возмутилось»… Словом, налицо «начало болезней».

И мы с тревогой следим за последними новостями, обсуждаем их, ужасаемся, но не замечаем, как чужая беда, боль становятся частью глобального шоу.

Тема Апокалипсиса давно стала ходовым брендом в индустрии развлечений, чем-то отличным от подлинного содержания этого важного слова. Ведь слово «Апокалипсис» переводится как «Откровение» – это то, что открыто Богом для нашего вразумления, для того, чтобы мы трезвились, помня об истинной цели земной жизни, о необходимости достижении единства с Богом.

 
Понятие Апокалипсиса у нас стойко ассоциируется со страшными, катастрофическими событиями мирового масштаба. И все мы знаем о внешних признаках приближения вселенской катастрофы. Много о них говорим, обсуждаем это.

Но есть и другие, куда более важные, сокровенные признаки. Господь говорит, что в последние времена «по причине умножения беззакония во многих охладеет Любовь». А апостол Павел добавляет – точно про нас, – что люди будут:

  • самолюбивы,
  • сребролюбивы,
  • горды,
  • надменны,
  • злоречивы,
  • родителям непокорны,
  • неблагодарны,
  • нечестивы…

Вот на что нам надо обращать внимание, вот чего страшиться больше землетрясений, цунами и радиации…

 
Мы живем в эпоху глобального изменения климата. Я говорю не о погоде – пусть этим занимаются метеорологи. Речь идет о катастрофическом изменении человеческой природы.

Кто-то возразит, что со времен грехопадения как раз ничего не изменилось ни в человеке, ни в человечестве в целом. Но это, увы, не так. Иначе не было бы Вселенского потопа и гибели Содома и Гоморры – этих горьких примеров массовой и катастрофической деградации со всеми вытекающими последствиями.

Природа человека и общества в целом «удобопреклонна ко греху», по слову Святых Отцов, и в наше время это особенно очевидно. И подлинный Апокалипсис тихо и незаметно происходит в наших сердцах, только масштаб его не достиг той критической точки, когда стихии, разгоревшись, разрушатся, и земля и все дела на ней сгорят. Дух Христов уходит из нашей жизни, а водворяется прочно иной, страшный, сатанинский дух корысти, прагматизма, распущенности, равнодушия и безпредельного самолюбия.

 
Вот живые примеры из недавних встреч.

Он не может нормально ходить, а только передвигается, едва семеня, очень медленно, иногда останавливается и не может тронуться с места. Стоит, переминаясь с ноги на ногу, точно собираясь духом. Молчаливый, сосредоточенный человек. Я пару раз предложил помощь, но он вежливо отказался. Видно, как для него важно это личное преодоление. Он приходит в храм в любую погоду: летом в жару, когда плавится асфальт, и осенью в безпробудную слякоть, зимой в гололед (особенно опасный в его положении) и в весеннюю распутицу. Он идет и идет в храм, как будто восходя на свою незримую Голгофу. И только на днях я узнал мимоходом его историю.
 
Толковый, работящий мужик, заботливый отец и верный муж, он еще недавно вел напряженную, полноценную жизнь, но вот – заболел. Что-то у него случилось с суставами, так что он теперь едва может передвигаться. А дальше произошло то, во что даже в наше бездушное время трудно поверить. Жена с тещей выгнали его из дома… просто так, ни за что… потому что заболел и стал обузой. И выписали…
 
И он не стал судиться с ними. Захотел потерпеть напраслину ради Христа, понести свой Крест. Теща с женой воспитывают его 11-летнего сына так, что он стыдится отца. А тот переносит все смиренно и просто, никого не осуждая, говоря, что сын, повзрослев, станет, может быть, думать иначе…
 
Его приютил нищий сосед в облупленной мазанке с прохудившейся кровлей и рассохшимися рамами. А рядом – в обнесенном каменным забором добротном коттедже осталась жена, которая его бросила, и те, кого он до сих пор по изумительному незлобию продолжает считать родными.
 
Иногда ему нечего есть. И тогда приметливые и сердобольные бабульки собирают ему в пакетик масло, крупу, консервы и хлебушек – что придется. И он этому искренне рад, благодарит от сердца Бога и бабушек…

 
А вот другая история, тоже из недавних:

Подошла ко мне со слезами женщина. Я слушал ее, и мне казалось, что я попал в какой-то кошмарный сон. Женщина эта – супруга состоятельного господина. Они прожили в законном браке немало лет, и вот оказалось, что женщина больна онкологически и лечение будет стоить немалых средств. Тогда муж пошел к врачу и выяснил, каковы шансы на выздоровление. Врач честно признался, что незначительные, потому что болезнь запущена. Тогда муж сказал жене: «Дорогая, прости, но я не могу на тебя тратиться… это не рентабельно. Ты пойми: шансов, что ты поправишься, очень мало, а я потеряю все». Женщина, рассказывая это, рыдала взахлеб, и я не находил слов для ее утешения. Я только понимал, что Апокалипсис уже наступает. Здесь и сейчас.

 
И опять же кто-то скажет: так было всегда! Да, всегда пребывали в мире и подлость, и равнодушие, и корысть. Но если использовать актуальную терминологию, то «уровень радиации» был иной. Не критический. А сейчас он не то чтобы «предельно допустимый», а уже давно «смертельно опасный».

 
Мы так боимся радиации, столько говорим о ней, особенно сейчас, но не замечаем, что концентрация «частиц греха» в воздухе давно превышает допустимые нормы. Но опасности мы не чувствуем, потому что перестали слышать голос собственной совести, этот «счетчик Гейгера», заботливо вложенный Богом в душу каждого человека. А все потому, что совесть, постоянно и сознательно попираемая, перестает быть слышима, она заглушается привычкой греха и беззаконной жизнью.

Мы страшимся всевозможных катастроф, но Господь говорит: «Не бойтесь убивающих тело». Страдания и даже сама смерть могут стать горнилом для доброй души, так что она, подобно очищенному золоту, достигнет Царствия Божиего.

Но когда утрачен Дух Христов, когда душа обнажена от Благодати – тогда она еще здесь, на земле, живет в преддверии вечной смерти, и нужно быть тугим на сердце, чтобы этого не чувствовать. Вот в этом-то и состоит главная беда, предвестие Апокалипсиса – в нашем безчувствии. В утрате понимания того, что на самом деле есть добро и благо. В самозабвенном упоении страстями, в поиске наслаждений, комфорта, довольства и успеха во что бы то ни стало, вопреки духовным и нравственным нормам. В тотальной порабощенности греху, в страстных зависимостях.

 
Вообще зависимость в наше время не узко психиатрический термин, а диагноз общества, не то чтобы потерявшего Веру, а отрекшегося от Ее силы – образом жизни, утратой традиций и нравственных норм. Верят сейчас почти все, но эта вера туманная, ни к чему не обязывающая, вера «на всякий случай». И, самое печальное, эта вера не только не противостоит множеству зависимостей, а и подстраивается под них так, чтобы не нужно было ничего менять в своей жизни. Так возникает безконечное множество «страстных» вер: вер, содействующих бизнесу, льстящих похоти, властолюбию, самолюбию и гордыни…

Кроме зависимостей, очевидно губительных и социально опасных, таких как алкоголизм, наркомания, лихоимство, есть зависимости менее маргинальные, если можно так выразиться, но от того не менее опасные как для самого человека, так и для общества...

 
Это прежде всего блуд, который распространяется со скоростью губительного поветрия. Говорю «губительного» совсем не метафорически. Сколько семей рушится, оставляя детей если не круглыми, то полусиротами, калеча их души, формируя с детства больное, искаженное представление о семье, об отношениях мужчины и женщины. Молодежь, не зная пределов, развращает, калечит в каком-то неистовстве собственные души, не понимая, что со временем придется пожинать горькие плоды собственного безумия. Потому что «возмездие за грех – смерть», разложение души, и изменить действие этого закона может только глубокое и искреннее покаяние. И к покаянию этому еще нужно прийти.

 

Есть зависимости, которые с точки зрения современного мира решительно считаются добродетелями, но с точки зрения православной веры не менее губительны и опасны для души, чем страсти «грубые». И именно своей видимостью добра эти страсти и зависимости и опасны. Опасность их в том, что они губят душу, лишают ее жизни духовной, уводят от Бога, если можно так сказать, более незаметно.

 
К этим «незаметным» страстям можно отнести страсть успеха, благополучия, когда человек во главу своей жизни ставит достижение статуса в обществе, карьерный рост, достаток и успех. Все эти одержимости, именуемые порой «здоровой амбициозностью», на самом деле уводят человека от понимания подлинной цели и ценности человеческой жизни, делают его рабом одной из опаснейших страстей – гордости – и ее производных – самолюбия и честолюбия (тщеславия).

Самый «успешный» человек может быть в то же время в полном смысле духовным мертвецом, именно в силу ослепления собственной благополучностью и самодостаточностью; он может погибнуть для Царствия Божиего, всю жизнь прослужив собственной самости. Такой человек часто становится не способен увидеть свой грех, покаяться в нем – а это и есть верный признак духовной смерти.

 
Я приводил примеры поразительного бездушия в отношении близких людей. Но есть и противоположная, «душевная» страсть, которая губит миллионы людей, незаметно для них самих. Я говорю о «заботах житейских», которыми абсолютное большинство крещеных людей оправдывают отсутствие сознательной христианской жизни.

Господь говорит: «Смотрите за собою, чтобы сердца ваши не отягчались объедением и пьянством и заботами житейскими» (Лк. 21: 34). Вот как удивительно получается: Христос такое, казалось бы, естественное и даже положительное дело, как заботы житейские, приравнивает к смертным грехам чревоугодия и пьянства. Почему так? А потому, что в безконечных житейских заботах человеку как раз и легче всего забыть о Боге, о душе и даже о совести, прикрывая самые постыдные грехи: хищничество, обман, воровство, корысть, безбожие – «благими» заботами о своей семье и о своих близких.

Вот в этом и состоит главная опасность этой «тихой страсти». В том, что она губит души незаметно, но совершенно несомненно. Более того, горькому пьянице или обжоре легче осознать свой грех, покаяться в нем, чем «заботливому семьянину», который будет оправдывать самые страшные грехи «высокими целями». Вспомните фильм «Крестный отец» – ведь там именно все и было изначально построено на этой «доброй» идее семейственности. Страшно сказать, но и семья, и заботы житейские могут стать идолом, влекущим человека в погибель. Вот почему Господь говорит: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин меня» (Мф. 10: 37).

Любовь к семье, заботы о ней, труд и карьера, зарабатывание денег – все это хорошо и правильно, но только в том случае, если человек не забывает о главном своем призвании – жить в согласии с Богом. Если все свои помышления, слова и поступки добрый семьянин сверяет не с мнением этого больного мира, а с законом Божиим. Это единственное основание для полноценной, радостной, здоровой и свободной жизни.

В Писании говорится: «Господь есть Дух; а где Дух Господень – там свобода» (2 Кор. 3: 17). Вот формула истиной свободы, которая должна быть начертана у нас в сердцах, так чтобы во всей многосложности жизни мы, прежде всего, заботились о том, чтобы оставаться причастниками Духа Христова, поступали бы по-христиански. И хотя такое поведение, такой образ жизни обычно противоречит принятым в современном обществе нормам и добавляет проблем в жизни человека, но в конечном итоге сам человек останется в высшем выигрыше – в выигрыше подлинной, высшей свободы, свободы сопричастности Божией Правде, Красоте и Любви. И это вовсе не абстрактные понятия, а высшая реальность, по отношению к которой мы и должны строить всю свою жизнь.

 
Когда случается катастрофа, в обществе начинаются всевозможные проверки, мониторинги, тестирования… Люди стремятся обезопасить себя, предупредить беду. И это вполне естественно. Но почему же мы игнорируем совет Того, Кто знает, как на самом деле избежать всех этих бедствий?!

«Бодрствуйте и молитесь», – говорит Господь!
Бодрствовать – значит не дать себя обольстить духу времени, жить по Закону Божиему, думать, говорить и поступать в трепетном сознании Его присутствия.
И молиться нам нужно не только вычитывая положенное количество слов, а живым сердцем, с болью, надеждой и верой обращаясь к живому всемогущему Богу.

 
Тревожные новости приходят из Японии, "Страны восходящего солнца", и как тут не вспомнить, что Фукусима переводится с японского как "Остров счастья". И, может быть, страшная трагедия последних недель – это еще одно напоминание всем нам, живущим на земле, что счастье без Веры – как дом, построенный на песке. Что технологический рай может легко обернуться техногенным адом.

Просто потому, что высшее счастье – это согласие с Богом, и "Царство Его внутри нас есть".
Только нужно его найти...

Священник Дмитрий Шишкин

 
Алёна: - Объясните, пожалуйста еще раз этот абзац:

Господь говорит: «Смотрите за собою, чтобы сердца ваши не отягчались объедением и пьянством и заботами житейскими» (Лк. 21: 34). Вот как удивительно получается: Христос такое, казалось бы, естественное и даже положительное дело, как заботы житейские, приравнивает к смертным грехам чревоугодия и пьянства. Почему так? А потому, что в бесконечных житейских заботах человеку как раз и легче всего забыть о Боге, о душе и даже о совести, прикрывая самые постыдные грехи: хищничества, обмана, воровства, корысти, безбожия – «благими» заботами о своей семье и о своих близких. Вот в этом и состоит главная опасность этой «тихой страсти». В том, что она губит души незаметно, но совершенно несомненно. Более того, горькому пьянице или обжоре легче осознать свой грех, покаяться в нем, чем «заботливому семьянину», который будет оправдывать самые страшные грехи «высокими целями». Вспомните фильм «Крестный отец» – ведь там именно все и было изначально построено на этой «доброй» идее семейственности. Страшно сказать, но и семья, заботы житейские могут стать идолом, влекущим человека в погибель. Вот почему Господь говорит: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин меня» (Мф. 10: 37).

Здесь приводятся пограничные примеры. Мне нужны обычные житейские, чтоб не впадать в крайности, иначе я не пойму.
Спаси Бог!

 
иерей Димитрий (Шишкин): - Ответ Алёне

"Проза жизни" как раз и страшна. Примеры особые здесь не нужны. Просто человек живёт, решая свои земные проблемы, погружаясь в них с головой и перестаёт задумываться о Боге, о вере, о вечности... Вот это и есть "тихая смерть души", самое страшное...

Есть очень простые, минимальные условия христианской жизни. Прежде всего, конечно, надо любить Бога, но ещё - знать свою Веру (уметь объяснить во что и как я верю), читать Новый Завет и стараться исполнять Христовы Заповеди, исповедоваться и причащаться хотя бы несколько раз в году, молиться дома (и в церкви, в воскресные дни), стараться соблюдать посты.

Если всего этого нет, то возникает вопрос: а из чего следует, что я христианин? Я верю? Но вера без дел мертва есть. Кроме веры и любви к Богу должен быть ещё и христианский образ жизни. Поэтому Господь и говорит: "Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди" (Ин. 14, 15).

 
Священник Дмитрий Шишкин "Тихий апокалипсис"
29 марта 2011 года - pravoslavie.ru/jurnal/45629.htm

 

Комментарии


Задайте ВОПРОС или выскажите своё скромное мнение:


Заголовок:
Можете оставить здесь свои координаты, чтобы при необходимости мы могли бы с Вами связаться (они НЕ ПУБЛИКУЮТСЯ и это НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО):

E-mail:
  Ваш адрес в соцсети или сайт:
Прошу ОПОВЕЩАТЬ меня на указанный выше e-mail - ТОЛЬКО при ответах в ветке ЭТОГО коммента

 

Сокровище нищеты

 
Священник Димитрий Шишкин

Чем может привлечь современного человека Церковь и в чём принципиальная разница между прошлым опытом и нынешним?

Мы знаем, что «Иисус Христос вчера и сегодня и во веки Тот же» (Евр. 13, 8). Но разница между жизнью прошлых веков и нынешней жизнью всё-таки существует. И эта разница в пресловутой «свободе», как бы мы к ней не относились. Наше время примечательно тем, что власть больше не играет решающей роли в жизни абсолютного большинства людей и невозможно их просто заставить поступать так или иначе.

Власть действует на своих граждан большей частью не силой принуждения, но силой пропаганды, убеждения, порой хитростью, манипуляцией сознания… Но Церковь, к счастью лишённая властных механизмов прошлого, имеет только одну, но главную возможность привлекать людей. Это нравственная, духовная красота. То, что покорило некогда послов князя Владимира.

Всё возвращается на круги своя, и других путей у нас, слава Богу, нет.

Церковь – мистическое Тело Христово. Мы все об этом помним, но почему-то забываем вглядываться в нравственный облик своего Главы, учиться у Него, подражать своему Спасителю. А ведь это обязательное условие христианской жизни, по слову святых отцов.

У нас принято благоукрашать внешнюю жизнь Церкви. Это правильно и хорошо, но всё-таки до известных пределов… Люди и во времена земной жизни Христа несли Спасителю деньги, но мы нигде не находим свидетельство того, что на эти деньги приобреталась дорогая одежда для Господа и Его учеников, комфортные колесницы или снимались роскошные апартаменты… Нет, ничего этого мы не найдём в Новом Завете. Не найдём мы и следа того, что за «услуги Христа» взималась по «тарифной сетке» мзда. Да это и звучит кощунственно.

Но разве менее кощунственно звучит наше привычное и вошедшее уже в обиход требование платы за «требы». Это очень серьезный вопрос. Не проходной и не «дежурный». Мы знаем, что апостолы носили с собой денежный ящик для сбора пожертвований, но мы знаем также, что случилось с тем, для кого этот ящик стал предметом особого вожделения. Это страшный урок, и совсем не отвлечённый, а насущный и актуальный. Зато мы знаем о доброй традиции первых христиан заботиться об убогих и нищих. И заботиться не тогда, когда сами благотворители станут состоятельными, – как это принято сейчас называть, – людьми, а всегда: с начала и до конца своего земного служения Господу. И мы именно нигде не найдём этого «прогресса» статусности в учениках Христовых, хотя доверие народа и добровольные приношения вне всякого сомнения предоставляли им такую возможность. Ну, неужели это не пример для нас? Почему мы не хотим замечать очевидных истин?!

Мы слишком привыкли к расчёту и слишком отвыкли по-настоящему полагаться на Господа. Когда тысячи людей шли за Христом в пустыню, апостолы не суетились, организуя розничную торговлю лепёшками, и Господь не благословлял какой-то «особенный сбор» для организации массовой проповеди. Но Слово Божие Само предоставило всё нужное, ещё раз напомнив, что весь мир в деснице Всевышнего, а не в наших расторопных руках.

Понятно, что и разум Господь даровал человеку и организаторские способности и предприимчивость. Но в христианине эти качества должны занимать, условно говоря, треть сознания, в то время, как остальные две трети должны быть всецело преданы Богу. А, правильней сказать, все наши способности, таланты и умения должны растворяться в воле Божьей, служить её выражением. И это, опять же, не проходная тема, а очень важный вопрос. Бог хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины. И всё чем мы можем содействовать исполнению этой воли – это наше богоподобие, служение, а не господство.

Христос обладает подлинной, высшей властью, но давайте посмотрим, как Он ей пользуется.

Мы нигде не находим примеров принуждения, и даже известное изгнание продающих из храма – это скорее прекращение явного беззакония, отсечение чуждого, чем пример властного обладания своим. Напротив – Господь многажды говорит, обращаясь не только к апостолам, но и к нам: «Кто хочет между вами быть большим, да будет вам слугою; и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом» (Мф. 20, 26-27). Господь говорит, и Сам поступает так. Но мы порой точно не видим этих живых примеров, как будто нас они не касаются и «сановная надменность» прочно входит в повседневный церковный обиход.

Страшно сказать, но мы порой живём и действуем так, словно Христа нет и мы от Его имени можем реализовывать самые выгодные и масштабные наши проекты и планы. Но Христос есть! Здесь и сейчас. И наша задача быть Его слугами, учитывая обстоятельства места и времени, но не оправдывая ими свои пороки.

Сейчас время, когда единственной альтернативой рынку может быть только подлинная нравственность: христианская, а значит бескорыстная во всех отношениях. Нравственность, отдающая не для того, чтобы приобрести, а чтобы поделиться, утешить. Нищета богача, которому дана власть раздавать несметные, неиссякаемые сокровища. Счастье не обладания, а со-дарения. Вот наше призвание, призвание Церкви и то, чем мы не только можем, но и обязаны воспользоваться. Как неключимые рабы.

Читаешь Писание и просто прозреваешь порой: ведь как ясно всё сказано, только исполняй: «Пастыри, – говорит Апостол Пётр, – пасите Божие стадо не господствуя над ним, но подавая пример» (1 Петр. 5, 1-3). Ну, какие могут быть ещё отговорки и оправдания собственной «значимости»?!

Об этом горько говорить, но властолюбие и стяжательство – две главные проблемы в жизни современной Церкви, два препятствия на пути людей, приходящих в храм, так что многие из них соблазняются и уходят, не находя сил двигаться дальше. И властолюбие, и стяжательство, пусть даже «во благо» глубоко проникли в систему церковных отношений, в структуру управления, в то время как названные свойства по сути своей не имеют к Церкви никакого отношения. Но люди приходящие в храм этого не знают и принимают за Церковь то, что они видят.

Мы можем деликатно молчать об этом, смиренно опускать глаза, воздыхать «о своих грехах», но люди будут уходить и уходить из храмов сотнями… тысячами… и, в конце концов, какой мы дадим ответ за этот «великий исход» Богу?!

Есть у меня старый знакомый из бывших коммунистов. Он и в Советское время обличал, трубил, искал правду и искренне страдал от её отсутствия… Потому и вышел из партии одним из первых и принял крещение. Несколько лет назад я его встретил в храме. Он стоял и обливался слезами. Я подошёл и спросил, что случилось. Он ответил: «Не знаю, что происходит, но я не могу сдержать слёз, когда захожу в храм!»

На днях я встретил его на улице. И он с решимостью человека, смотрящего прямо и называющего вещи своими именами, сказал: «Я больше не хожу в храм… Понимаешь, я думал в Церкви найти честь и совесть, за которые страдал, которые искал всю жизнь и которые так и не нашёл в коммунизме… Но оказалось и в церкви нет ни чести, ни совести!»

Страшные слова, согласитесь. Но ещё страшнее, что они справедливы в отношении той церкви, которую мы, люди, создаём, облачая Христа в непроницаемую броню властолюбия и стяжательства. И эта порочная «самодеятельность» тяжким грузом лежит на нашей ответственности.

Я пытался объяснить этому человеку, что Господь сотворил Церковь, что Она на самом деле иная… но он меня прервал:

- А ты меня не уговаривай, не надо! Я всё это понял… и во Христа верую, и от православия не отказываюсь. Просто я сделал дома святой уголок и молюсь там со слезами… А в храме ноги моей больше не будет!

Соприкоснувшись с реальной, внутрицерковной жизнью, этот человек увидел несправедливость, стяжательство и надменность и это оттолкнуло его от храма. Дай Бог, чтобы не навсегда! Но таких людей много, – вот в чём беда, – много, давайте себе в этом признаемся! И, может быть тогда, мы начнём хоть немного меняться, чтобы своими амбициями не загораживать Христа от входящих в храм.

Священник Димитрий Шишкин

Православие и мир > Церковь > Беседы о главном > Главная тема > От автора > Священник Димитрий Шишкин "Сокровище нищеты"
31 марта 2011 • pravmir.ru/sokrovishhe-nishhety

 

Все сказанное верно и правильно, но церковь с точки зрения закона еще и самоуправляющаяся общественная организация.

Надо задать неудобные вопросы и патриарху.

Спросить его например о том, почему его охраняет ФСО, про часы и кадиллаки смешно и говорить.
Скажите нет стяжателям в своих рядах!
Информации о них - великое множество.

И не надо бояться возможного раскола церкви - в данный момент опасней ничего не менять...

"Но опасности мы не чувствуем..." Чувствуем: в словах господина Кирилла на смерть Патриарха Алексия второго и в ОНА УТОНУЛА и много еще где... НЕ эти ли господа задают тон жизни в стране и уровню морали в обществе не с них ли рисуют наши граждане свое обличье, погружаясь в радиацию греха. Мы чувствуем ЧТО ДАЛЬШЕ??? ДА ДА ДА посмотри на себя своих что ли грехов мало итд итп НО вы же говорите МЫ...А МОЖЕТ КАК В КИТАЕ СТОИЛО НАЧАТЬ НАСАЖДАТЬ МОРАЛЬ СВЕРХУ?...