А где Церковь? - Где двое, или трое собраны во имя Христово, там, батюшка, и Церковь - Рассказ «Поклон» отца Александра Дьяченко

 

«Поклон»

 

Так же ты не понимаешь, в чём заключается смысл поклона.
Неважно кто из нас и с кем раньше встретится.
Ведь ты подойдёшь к отцу Николаю и скажешь ему обо мне.
Человеку радостно, он же мой друг. Вот вы обо мне и помолитесь.
А потом он при встрече со мною расскажет, что ты передавал от меня поклон,
мы тебя вспомним и помянем в молитве.
А где двое, или трое собраны во имя Христово, там, батюшка, и Церковь.
Вот в чём смысл этого таинства - «передать поклон»…
 
Иерей Александр Дьяченко

 
Сынковичи (Белоруссия), церковь-крепость святаго Михаила Архангела
Сынковичи (Белоруссия), церковь-крепость святаго Михаила Архангела

 

Каждый год вырываю недельку из своего служебного распорядка, и еду в Белоруссию. Раньше добирался поездом, а в последние годы пристрастился ездить на автомобиле.

Как же я люблю совершать такие поездки! Ведь каждая из них, кроме самого факты перемещения в пространстве даёт ещё и непередаваемое чувство радости от совершаемого путешествия, в котором даже обычная остановка с целью перекусить превращается в настоящее тайнодействие!

Ты останавливаешься где-нибудь на крупной автозаправке, достаёшь заранее припасённые продукты, раскладываешь их на багажнике - и не просто ешь! Ты набираешься сил перед очередным броском километров этак на триста. Рядом точно так же (размяться) останавливаются машины с номерами разных регионов, а ты стараешься отыскать земляков и перекинутся с ними несколькими незначащими фразами. И от самого этого факта, что ты переговорил со своими, становится немного теплее.

В воскресный день, обычно сразу после Литургии, мы выезжаем с матушкой на Минскую трассу и отправляемся к западной границе. Минское шоссе, превосходная магистраль-автобан, одиноко, вдали от городов и посёлков, проложенная через всю Белоруссию, незаметно доставляет тебя к месту назначения.

 
Прошлым летом, во время такой же поездки, переночевав в Барановичах, рано утром мы направились в Жировичи. Жировицский монастырь для белорусов - место почитаемое, всё равно что Троице-Сергиева Лавра для русских. И для меня это место особое. Когда-то, очень давно, я мечтал поступить сюда на учёбу в духовную семинарию. Тогда отец меня не пустил, и я даже на него одно время обижался. А сегодня понимаю, что поступить у меня тогда - не было никаких шансов.

В Успенский собор Жировичского монастыря мы попали только на окончание Литургии. А уже после начался молебен с акафистом и мы вместе со всеми пошли приложиться к чудотворному образу Пресвятой Богородицы Жировичской, одной из главных христианских святынь Белоруссии, причём как для православных, так и для католиков. К своему стыду, живя в России, я не представлял как выглядит сама икона. Нет, конечно, мне встречались её обычные иконописные изображения, и я ожидал увидеть её какой угодно, но не такой, какой она предстала перед нами. Вместо привычной, писанной красками на доске иконы, мы увидели старинную камею из камня, размером шесть на четыре сантиметра.

Невозможно представить, сколько людей, начиная с 15-го века, молилось перед этой крошечной иконочкой. Когда в 1730 году католики короновали образ, только на саму коронацию собралось 38 тысяч человек!

 

Я вспоминал перед ней о моих родителях, к которым мы добирались, и не знал, что именно в это время моя мама ложится на операционный стол. Ей вживляли сердечный электростимулятор. Мама, зная, что я в этот момент буду вести машину, запретила сообщать нам об этом.
 
Потом, по приезду в Гродно мы пошли навестить её в больнице, и мама показала нам молодого хирурга, который её оперировал. Я подошёл к нему и без обиняков привычно предложил отблагодарить его за операцию и американский кардиостимулятор. Врач, внимательно рассматривая крест на моей груди, ответил, медленно проговаривая слова:
- Батюшка, мы же не в России. Ваша мама - ветеран войны, а у нас в Белоруссии люди умеют быть благодарными. И мы не возьмём с вас ни копейки.

 
После прогулки по самому монастырю, уже почти на выходе мы столкнулись с пожилым монахом. Помню, это был большой чернявый грузный человек с некрасивыми грубыми чертами лица. Но само лицо смотрело на нас двумя живыми и очень добрыми глазами.

- Батюшка, - обратился он ко мне, - ты откуда?
Я ответил.
- О, - обрадовался монах, - тогда ты должен знать отца Николая из N-ского монастыря! Мы с ним ещё вместе учились в Лавре у преподобного Сергия (Радонежского).
- Отца Николая, - да кто же его не знает!? Конечно, мы знакомы.

Батюшка радуется, у нас с ним общий знакомый, и это сближает, он потирает руки и довольно улыбается:

- Тогда попрошу передавать отцу Николаю от меня поклон. Будь добр, скажи ему, что игумен Пётр, это зовут меня так, собирается в скором времени побывать в Троице-Сергиевой Лавре, вспомнить нашу молодость, помолиться у мощей преподобного Сергия (Радонежского). И уж к нему-то я заеду обязательно, может, и в Сергиевой Лавре вместе побываем...

 
Отец игумен беседует со мной, а мыслями, чувствуется, он уже там - в наших местах гостит, у своего семинарского друга...

 

Такие старые монахи по природе своей, как правило, люди очень простые и наивные, и в то же время мудрые. Мне всегда доставляет удовольствие разговаривать с ними, это всё одно, что с ребёнком общаться!

 
- Батюшка, как я понимаю, вы скорее меня встретитесь с отцом Николаем, зачем же мне тогда ему от вас поклон передавать?
- Как это зачем!? Батюшка в недоумении, как можно не понимать духовную составляющую «поклона», и он немедленно начинает меня просвещать:

 

- Что ты, отец Александр! Как же ты не понимаешь, в чём заключается смысл поклона. Неважно кто из нас и с кем раньше встретится. Ведь ты подойдёшь к отцу Николаю и скажешь ему обо мне. Человеку радостно, он же мой друг. Вот вы обо мне и помолитесь. А потом он при встрече со мною расскажет, что ты передавал от меня поклон, мы тебя вспомним и помянем в молитве. А где двое, или трое собраны во имя Христово, там, батюшка, и Церковь. Вот в чём смысл этого таинства - «передать поклон»!
 
Главное, отец, - это общение между людьми. Господь дал нам возможность встретиться, значит, эта встреча для нас обоих полезна. Ни одна встреча, ни один разговор между верующими людьми не бывают безцельными и безплодными. Сегодня немного людей духовных, и мы учимся доброму в таком вот, как может показаться, «случайном» общении.

 
Манера отца игумена говорить сразу напомнила моего дорогого духовника батюшку Павла. Я вёл машину, и долго ещё вспоминал их обоих по дороге на Гродно...

 
 
Не помню уже сколько мы проехали, миновали Слоним, и буквально через несколько километров по правую сторону от дороги увидели необыкновенный храм. Проехать мимо такого чуда всякому путешествующему, и не остановится, - определённо невозможно, - и мы свернули в крошечное сельцо под названием Сынковичи. Образ древней церкви и сейчас стоит у меня перед глазами, но чтобы рассказать о ней, нужно быть одновременно и архитектором, и историком, и, несомненно, поэтом. Потому что это действительно чудо в камне!

Церковь Архистратига Михаила (фото выше) стоит на этом месте уже шесть веков. И непонятно,
- то ли это церковь, служащая местным жителям ещё и как крепость,
- то ли это крепость, используемая ими же, но в качестве храма.

Во всяком случае, на любого человека она производит такое впечатление, что до конца дней своих он её уже не забудет никогда, и не спутает больше ни с чем.

Двери в храм не открывались, время уже было неслужебное, и мы с матушкой стали прогуливаться вокруг, фотографируясь на фоне древних стен. С его северной стороны нас привлекла могила юной матушки, которая умерла ещё в 19-ом веке всего двадцати лет отроду. Над ней стоит огромный памятник, возможно из-за этого могила и сохранилась. Моя матушка сразу стала строить догадки о причине её смерти:

- Наверное, родами умерла, бедная девочка, Царство ей небесное, - и перекрестилась.

А я думал о том батюшке, который потеряв супругу в самом начале пути своего служения, был обречён на одиночество, ему-то было каково! Кстати потом на стенде возле храма мы прочитали, что священник-вдовец прослужил на этом месте рядом с могилкой жены всю оставшуюся жизнь.

Мы уже было собрались уезжать, как к храму подъехала старенькая иномарка. Из неё вышел священник приблизительно одних лет со мною. Немедленно он направился в нашу сторону и представился:
- Протоиерей Арсений, настоятель храма, а вы, батюшка, из каких мест будете?
Мы разговорились, и он пригласил нас посмотреть храм внутри.

 

Незнакомые люди, в силу обстоятельств обязанные поддерживать общение, обычно говорят о погоде, а священники - о приходе.
Сколько собирается народу на службу,
как часто служат,
есть ли кому помочь восстанавливаться,
не докучает ли благочинный?
 
Затем поинтересуемся детками, здоровьем матушек, и хватает ли на хлебушек. И такой чудный разговор может завязаться, что и расставаться отцам не хочется. Родственные души-то! И слава Богу, что родственные.

 
Но отец Арсений не стал интересоваться погодой, а сходу спросил, что я думаю о втором пришествии Христовом. И не успел я рта открыть, как батюшка тут же стал излагать его собственную точку зрения.

После небольшого экскурса в догматику, отец настоятель стал рассказывать о храме, его истории и истории его восстановления. Такую красоту в советские годы чуть было не потеряли. Отец Арсений вспоминал, что мечтал в своё время восстановить храм, и как Господь благословил его стать здесь настоятелем.

 

Он говорил о своих чувствах, а я его прекрасно понимал, мало какой священник останется равнодушен к виду разрушенного храма. Даже если ему никогда в его жизни не придётся в нём послужить. Разрушенный храм - это всё одно, что разрушенная душа. Как мечтал он о новой звоннице, и как неожиданно для него самого колокола прибыли в храм. Это обычная история, и здесь нет никакого чуда, ведь храмы восстанавливает Сам Бог, а человек просто принимает в этом процессе посильное участие. И никто не убедит меня в обратном, этот вывод - результат собственного опыта.

 
Отец Арсений подвёл нас к иконе Пресвятой Богородицы «Всецарица» (оригинал "Пантанассы" - в афонском монастыре Ватопед). Образ написан недавно, и само письмо мне понравилось. Кстати, почти не приходилось видеть в белорусских храмах новых икон, написанных так, чтобы они останавливали взгляд и заставляли молиться. Отец Арсений, видя, что гостей икона заинтересовала, рассказал о чуде случившимся у них в храме, и связанным именно со «Всецарицей».

- К нам в храм, по дороге в онкоцентр в Боровлянах, что под Минском, везли молодую женщину 28-и лет. Последняя стадия, а ребёнку всего четыре года. По просьбе больной мы отслужили молебен перед иконой Божией Матери «Всецарица», и они поехали дальше. Операцию ей сделали, но реального улучшения не было, - уже было слишком поздно, чтобы справиться с болезнью. Её отправили умирать домой, и они снова проезжали мимо нашего храма. Сил у женщины уже почти не оставалось, но она снова попросила заехать помолится перед образом «Всецарицы».
Мы с сочувствием встречали молодую умирающую маму, но чем могли помочь? Ты же знаешь, отец, как тяжело видеть человека, надеющегося на Бога, а помощи не получающего. Кажется, в лепёшку готов расшибиться и от жалости и от безсилия.

 

Я и сам, подобно отцу Арсению, испытываю похожее чувство, и как тяжело бывает выходить из алтаря, когда к тебе приходят с известием, что человек, о котором ты столько молился, всё-таки скончался. Ты призываешь людей молиться, они хватаются за твои слова, как за соломинку, а в конечном итоге человек всё равно погибает. И ожидаешь услышать слова упрёков: "Вот мол, ничего не значат ваши молитвы!"
Но (и это поразительно) никто не упрекает, люди приходят и благодарят даже просто за внимание и сострадание.

 
Отец Арсений продолжает:
- Умирающую подвели к иконе. Она уже не могла стоять самостоятельно, силы её покидали. Женщина не боялась смерти, напротив, смирилась и даже ждала её как избавление от болей. Перед иконой она молилась вслух, но уже не о себе, а о своей маленькой четырёхлетней дочечке:

- Матушка Богородица, я ухожу и никого не виню, на всё святая Божия Воля, но мой ребёнок, - кто ей заменит мать? Пресвятая Богородица, Дева Мария, - прошу Тебя, - стань для моей девочки второй матерью, не оставь её своим милосердием и Любовью!

Женщина молится и видит напротив своего лица руку, а вернее ладонь руки, висящую в воздухе. И эта ладонь начинает перемещаться вдоль её тела, но, не касаясь его непосредственно. Дольше всего рука зависает в местах распространения метастаз рака, и около головы, лёгких и почек. Ладонь медленно, но методично «считывает» женщину и словно хозяйка влажной тряпкой - стирает с неё болезнь.

И она почувствовала, как начинают возвращаться силы. Через месяц вместо того, чтобы умереть, молодая женщина вновь предстала перед удивлёнными врачами. От болезни не осталось и следов. Только продолжало сочиться сукровицей место разреза на груди, и в голове осталась, может для напоминания, купированная и лишённая способности разрастаться, опухоль.

Возможно её и оставила Божия Матерь - с целью указать человеку новый путь. Ведь если в твоей голове реально висит такой "дамоклов меч", страшное напоминание о недавней болезни, которая при неблагоприятных условиях вновь может пойти в рост, - то сделаешь всё, только бы остаться жить. И этот путь - жизнь без греха.

Сейчас эта женщина - наша прихожанка, она специально приезжает к нам, чтобы петь на клиросе. И ты знаешь, она действительно не грешит! (Ну, кроме обычных наших грехов: не туда посмотрел, не то подумал).

Почему Господь так решил, почему именно тот, а не другой человек исцеляется и остаётся жить, - не могу ответить. Но то, что такие случаи происходят, тому я сам свидетель...

- Замечательная история, батюшка Арсений! Но благословите, нам нужно спешить в дорогу.
- А давайте я вам ещё кое-что покажу, смотрите!

 

И он пошёл по храму, продолжая что-то говорить. Батюшка обошёл весь храм, и везде его голос звучал одинаково. Как, однако, умели в древности строить храмы, создавая в них необыкновенную акустику. Говорящего в храме человека одинаково хорошо слышно из любой точки. При этом нет наложения звуков друг на друга, и отсутствует эхо!

 
- Очень жаль, что вы так быстро уезжаете, - вздохнул добрый человек.
- Давайте на прощание я провозглашу вам «многае лета». Он запел, стараясь изо всех сил, но не рассчитал возможности своего голоса, и стал забираться очень высоко. И тогда, повернувшись к нам, начал жестами просить ему помочь. И мы на три голоса на высоких тонах запели эту чудную здравицу в древнем храме.

 
 
Наш путь продолжается...

В эти дни на полях вдоль дороги шла уборка зерновых. Комбайн, обмолачивая валки с зерном, оставляет за собой длинные полосы из соломы. После него проходит трактор и при помощи специального приспособления прессует солому в прямоугольные тюки. Видимо под валками во влажных местах собирается всякая живность, и потому здесь же возле дороги мы увидели пару белых длинноногих аистов. Не обращая на нас никакого внимания, они важно прогуливались между валками в поисках пищи. И снова мы не могли ехать дальше, вышли из машины и, словно дети, хлопая от радости в ладоши, любовались этим белорусским чудом.

Потом, проезжая через лес, решили, наконец, остановится в месте отдыха и позавтракать. Только расположились, как услышали резкий крик дятла. Он сидел на ветке немного поодаль от нас, и выглядывал из-за ствола дерева своими чёрными глазками бусинками:
- Не забывайте, - мол, - о ближних!

 

- Отче, как странно, - удивляется матушка, - мы приехали в одно из самых посещаемых исторических мест Белоруссии. У отца Арсения таких паломников и паломнических групп по нескольку за день, а он не отпускал нас почти час. Мы уехали, а к нему сейчас наверняка заявится какой-нибудь автобус с туристами, и он снова станет демонстрировать им акустику храма, рассказывать о его истории и водить вокруг стен. Как ему это не надоедает?
 
- Знаешь, если воспринимать это как обычную работу экскурсовода, то действительно со временем всё может наскучить. А если как служение, то эти встречи превращаются в апостольство. Помню, как ещё не будучи в сане задал вопрос знакомому священнику:
 
- Тебе не надоедает служить Литургию, ведь она всегда одна и та же?
Он мне тогда ответил:
- Она всегда разная, но понимаешь это, когда сам начинаешь служить. Словами этого не объяснить!
 
А другой раз сидим за столом с бывшим наместником монастыря, очень хорошим, совестливым монахом. Он как раз отпросился из монастыря на приход и служил в обычном храме.
 
- Отче, как я тебе порой завидовал. Ты служил себе в монастыре, каждый день у тебя была всенощная, каждый день Литургия. Никаких треволнений с прихожанами, никаких семейных проблем. Служи себе и служи. Отец иеромонах посмотрел на меня испытующе (нет ли в моих словах издёвки) и ответил:
 
- Да, отче, так оно и есть, каждый день всенощная, каждый день - Литургия, и так каждый день. Одни и те же лица, одни и те же голоса, одни и те же разговоры. И так сегодня, и завтра, и через месяц, и через год. Это же невыносимо тяжело... Теряется всякий счёт времени, и ты выпадаешь из человеческого бытия... И я вот не выдержал монастырского уединения, истосковался по прихожанам, по их обычным проблемам...
 
Прошло несколько лет, батюшка выстроил прекрасный храм, открыл детскую школу, а потом всё-таки вернулся в монастырь. Монах должен быть монахом и жить в монастыре - его слова.

 
- Эй, глазки бусинки, мы о вас не забыли. Половинка варёного яйца на большом пне - это Вам от нас. Пока-пока, нам снова пора в дорогу!

 
Сейчас вспоминаю храм в Сынковичах, его чудотворный образ Божией Матери «Всецарицы». Прав был отец Пётр, не бывает у нас случайных встреч и случайных разговоров...

 
Совсем недавно пришла беда в дом близких мне людей, живущих именно в тех местах, которые я здесь вспоминаю. И, слава Богу, что случилась тогда эта встреча с отцом Арсением, и как я ему благодарен, что не поленился он рассказать нам о том чудесном исцелении молодой женщины...

 
 
После нашей поездки на мою родину, мы с матушкой успели побывать и в Черногории, потом, вернувшись, служили у себя на приходе. И только в самом конце года я сумел выполнить просьбу отца игумена и передать от него поклон отцу Николаю...

Раз в году все мы встречаемся на общеепархиальном собрании, и там это было сделать удобнее всего. По правде говоря, я уже стал забывать о той просьбе, но увидев отца протоиерея, вспомнил и подошёл к нему поприветствовать.

- Батюшка, у меня к вам такое хорошее поручение, я обязан передать вам поклон от вашего близкого друга, с которым вы когда-то вместе учились. Мы с ним встречались в Жировичском монастыре, он мечтает с вами повидаться, а зовут его - игумен Пётр.

Я думал, поклон от друга вызовет у отца Николая, если не взрыв радостных эмоций, ну, так хотя бы улыбку. Но он молчал и грустно-грустно смотрел на меня:
- Отченька, а когда вы с ним виделись?
Я подробно рассказал об обстоятельствах нашей встречи и разговоре.

- Ты видишь, как бывает, - вздохнул мой собеседник. - Это как во время войны: сперва приходит в дом похоронка, а потом неожиданное письмо. Вроде бы радоваться надо, а письмо, оказывается, раньше было написано. Отец Пётр был у меня в гостях, мы ездили с ним в Свято-Троицкую Сергиеву Лавру, посетили там общих знакомых. Он был счастлив, и звал меня в гости. А на обратном пути, в районе Голицыно, это недалеко от Москвы, со второстепенной дороги наперерез их микроавтобусу неожиданно выскочил «камаз». Батюшка сидел рядом с водителем, на него основной удар и пришёлся...

Как ты говоришь, он учил? Передай поклон, и друзья о тебе вспомнят и обязательно помолятся? Молись и ты о нём, отче, через две недели, под Рождество, ему как раз будет сорок дней (от внезапной смерти). И ещё хочу тебе сказать, - в нашей жизни случайных встреч не бывает! - Хотя ты и без меня это знаешь...

Священник Александр Дьяченко

 
PS   Батюшка! Вы так описываете Белорусию, что хочется попросить там политического убежища!

Священник Александр Дьяченко:
Советую просить убежище у Христа. Он всем предлагает "грин-карту". Приходишь в храм на ПМЖ (постоянное место жительства), там на тебя ПОСМОТРЯТ, и, глядишь, - получишь гражданство на Небесах!

 
PPS   Спасибо Вам, Батюшка, за вашу любовь. Так писать можно только с любовью!

Священник Александр Дьяченко:

Любовь - для меня это слово очень глубокого духовного смысла, даже сакрального. Если ты несёшь в себе Любовь, значит ты уже "одной ногой" в Царстве Небесном!
У меня же скорее не Любовь...
Просто я по натуре не злой, и память у меня хорошая!

 
PPPS   "Теряется всякий счёт времени, и ты выпадаешь из человеческого бытия" - Вот и ключ к пониманию. Супер!
Священник Александр Дьяченко:
К пониманию монашества?

 
PPPPS   А аисты, действительно, хороши в Белоруссии!
Вот бы еще увидеть Храм Архистратига Михаила в Сынковичах. Так светло Вы про него написали.
Священник Александр Дьяченко:
Наберите в поисковике "Сынковичи церковь" и посмотрите!

 
 
Рассказ «Поклон» сельского батюшки отца Александра Дьяченко
Читайте также рассказы из книги священника Александра Дьяченко «Плачущий ангел» и другие рассказы батюшки
Прототип рассказа «Поклон»: жж священника Александра Дьяченко
03.09.2010 - alex-the-priest.livejournal.com/36639.html

 

Комментарии


Задайте ВОПРОС или выскажите своё скромное мнение:


Можете оставить здесь свои координаты, чтобы при необходимости мы могли бы с Вами связаться (они НЕ ПУБЛИКУЮТСЯ и это НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО):

E-mail:
  Ваш адрес в сети:
Прошу ОПОВЕЩАТЬ меня на указанный выше e-mail - ТОЛЬКО при ответах в ветке ЭТОГО коммента

 
Я был близко знаком с одним монахом из Жировичского монастыря, игуменом Петром Бирюковым (про него этот рассказ).

Тот любил повторять чуть измененные слова из Нового Завета: «А где двое, или трое собраны во имя Христово, там, батюшка, и Церковь».

Был он большим молитвенником, все время радовался (и кандидатская у него про это была), радостно (почти 2 года назад) принял весть о своей близкой смерти из уст одного старца, отдал свои деньги ближним, сел в микроавтобус и погиб в аварии.

Для меня дорога эта цитата из Библии про Церковь: «ибо, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них» (Матф.18:20).

Владимир Мисников - gidepark.ru/community/61/article/357682

 

«Геркулесова болезнь»

Священник Александр Дьяченко

 
Я был тогда ещё совсем ребёнком, лет, может, восьми - девяти. У нас в Гродно, в гастрономе, что на улице Лизы Чайкиной, там, где сейчас находится обменный пункт, стоял чудо-аппарат. Опускаешь в него копейку, он сперва шумит, а потом наливает тебе почти полный стакан газированной воды, а за три копейки, вообще, газировки с сиропом. Ещё в этом гастрономе рядом с хлебным отделом продавались такие прессованные кубики растворимого кофе с сахаром, как сейчас помню, по семь копеек. Так что, если хочешь погрызть такой кубик и потом запить его газировкой, готовь гривенник. На такие деньги в школьной столовке можно было купить два пирожка с повидлом.

Мама каждый день давала мне двадцать копеек на завтрак, которые я и расходовал соответствующим образом, а именно, в школе съедал пару пирожков, или пончиков в сахарной пудре, а после учёбы, если оставались деньги, иногда покупал кофейный кубик и заправлялся стаканчиком сладкой газировки. Возле аппарата всегда собиралась небольшая очередь в два – три человека. В тот раз передо мной стоял мужчина, наверно в возрасте, хотя в те годы, все, кто был выше меня хотя бы на голову, казались мне взрослыми и старыми.

Дяденька бросил в аппарат монетку, взял в руку стакан с водой и уже, было поднёс его к губам, как в ту же секунду стакан выскользнул у него из руки, полетел вниз и с шумом разбился. А сам он, издав какой-то нечеловеческий стон, стал опрокидываться на спину. Если бы я был такого же роста, как он, то наверняка бы сумел подхватить бедолагу, но тогда, будучи совсем ещё маленьким мальчиком, только и успел, что отскочить в сторону. Человек упал на цементный пол, и, изгибаясь всем телом, начал биться затылком. Это было так неожиданно и так страшно, что не понимаю, как это я сам не закричал, а спрятавшись за взрослых, с ужасом наблюдал за несчастным. А он, разбив голову в кровь, уже лежал на боку, и я видел, как у него вокруг рта собиралась пена со слюной.

Придя домой, я рассказал маме о том, что случилось в гастрономе, и тогда же впервые услышал от неё такое красивое и одновременно зловещее слово – «эпилепсия».
– Не приведи Бог, - добавила мама, - мучиться такой болезнью.

И рассказала, что после войны было очень много эпилептиков, особенно из числа тех, кто перенёс ранения в голову, или был контужен при бомбёжках. – Так что, если тот человек в возрасте, то, скорее всего, это ещё отголоски войны, - заключила мама.

 
Потом за всю свою жизнь, помню два случая, когда я становился свидетелем эпилептических припадков. Один раз через окно в магазине увидел внезапно упавшего на тротуаре молодого человека, а другой раз на рынке областного центра – бомжа, но не в момент падения, а уже после, когда несчастный перестаёт биться и лежит на земле с натекающей изо рта пеной. Но те детские впечатления остались самыми яркими.

 
Насколько помню, меня всегда интересовало от чего люди болеют такой, на самом деле, тяжёлой и мучительной болезнью. Я даже немного читал специальную литературу, и узнал, что припадками на подобие эпилептических могут страдать даже животные. Наверняка это такое же жуткое зрелище, что и с людьми. Один знакомый рассказывал, как у его соседа собака ротвейлер попала под колёса автомобиля. Пёс выжил, но после травмы стал, подобно людям, испытывать подобного рода припадки.

Пишут, что эпилепсией болеют даже мыши. Не знаю, могут ли мыши вызвать сочувствие у человека, хотя ещё в школьном юннатском кружке, помню, мне и моему товарищу поручили ухаживать за белыми мышами. Мыши жили в клетке, а мы должны были их кормить и убирать за ними. Однажды, понадеявшись друг на друга, мы с приятелем несколько дней не заглядывали к нашим питомцам. Наконец, когда я собрался их покормить, то обнаружил, что весь пол в клетке мокрый, и сами мыши мокрые, да так, словно их кто-то обильно окатил сверху водою. Тогда я вспомнил сравнение «мокрый как мышь» и понял что это я виновник страданий этих маленьких беззащитных существ. Честное слово, я очень жалел малышек, чувствовал себя виноватым, и, убираясь в тот день в клетке, искренне просил у них прощения.

 
Не так давно одна знакомая, участковый психиатр из Москвы, рассказывая мне о психических заболеваниях, сказала: - Батюшка, эпилепсия - это всё больше от водки.

Вот взять хотя бы район, где я проработала всю свою жизнь. Мои пациенты в основном простые рабочие люди. Когда-то здесь АЗЛК строил жильё для своих сотрудников. От тех, кто непосредственно трудился на этом заводе уже практически никого не осталось. Жёны доживают, а мужиков нет. До такого возраста, как мы с тобой, батюшка, мало кто дотягивает, а виною всему водка. Насмотрелась я за свою практику на припадочных алкоголиков, невесёлые это картинки. А сколько от таких поражённых родителей рождается детей-эпилептиков.

Сейчас на пачках из-под сигарет пишут, что, мол, «курение убивает». Вот и на водочных этикетках обязали бы печатать фотографию какого-нибудь девятимесячного младенца в припадке, с тельцем, вывернувшемся из суставов. Никто никого не жалеет, себя губят и детей калечат.

 
Но не только водка может стать причиной болезни. Когда я служил в армии, у нас на узле связи дежурил один прапорщик. Человек трезвый, очень мирный и добрый. Про него тоже поговаривали, что де с Колей случаются эпилептические припадки, а эпилептикам оружие не положено, и вообще, человек с такого рода заболеванием не должен служить в армии. Но никто конкретно не видел, что бы Коля падал в людных местах, а те, кто видел, видимо, старались держать язык за зубами.

Периодически наши прапорщики заступали на дежурство и должны были получать пистолеты Макарова. В тот вечер дежурил прапорщик Коля. Потом уже телефонистки рассказывали, что видели как прапорщик упал в конвульсиях, но пришёл в себя и просил девчонок скорую не вызывать и начальству не докладывать. Его напоили сладким чаем и уложили на диван. Он, вроде как задремал, потом вдруг достаёт из кобуры пистолет и идёт в телефонный зал. Пришёл и выстрелил в потолок. Дежурные телефонистки в ужасе попадали на пол.

Но не зря Колю считали добрым, не стал он ни в кого стрелять, или брать в заложники, а просто прогнал всех на улицу и забаррикадировался изнутри. Набрал номер командира роты связи и стал выдвигать условия сдачи.

Прибыли спецназовцы, тогда, а это ещё было советское время, все эти захваты заложников и прочие штучки с оружием были в новинку, потому наверно и штурмовать узел связи никто не спешил. Часа через два выходит Коля на порог и давай пистолет на пальце крутить, приблизительно так, как это делают ковбои в фильмах про дикий Запад. Никто на него не бросается, все ждут, чем всё это кончится. А кончилось тем, что Коля пистолет крутил-крутил, а потом, случайно нажав курок, выстрелил себе в бок.

Ранение так себе, по касательной, зато стрелок испугался и оружие бросил. Так что отвезли нашего товарища сперва в больничку, перевязали, а потом отправили в психушку. Тамошние врачи пришли к выводу, что эпилептические припадки стали мостиком, в результате которого у Коли развилась тяжёлая форма шизофрении. Причиной всему стало то, что лет за пять до описываемого инцидента прапорщика кто-то, видать, по пьяному делу ударил палкой по голове. Это он сам уже нам рассказывал, когда после лечения приезжал оформлять документы на увольнение.

 
В случае с несчастным Колей есть отправная точка – сильный удар по голове, но уже став священником, я столкнулся со случаями заболевания эпилепсией без всяких, казалось бы, внешних физических повреждений. О некоторых из них и хочу с вами поделиться.

Однажды разговорились с одинокой молодой женщиной. Оказалось, что она страдает эпилептическими припадками уже лет пятнадцать. А началось всё это после одной детской проказы. К ним в дом из деревни перевезли старенькую бабушку. Больной беззащитный человек почему-то немедленно вызвал у девочки-подростка резкое неприятие. Ребёнку не нравилось как бабушка молится, впрочем, не нравился и сам факт того, что она молится. Раздражало и то, как старушка говорила, и как ходила. Всё, абсолютно всё в ней не нравилось. Когда родители уходили на работу, девочка с бабушкой оставались одни. И тут уж она не стеснялась ни в формах обращения с ненавистным старым человеком, ни в выражениях в её адрес. А та, будто и не слышит, как внучка с ней обращается, всё «Лизок да Лизок» называет и улыбается так, словно «Лизок» не оскорбляет, а расточает ей комплименты.
– И вот однажды, - вспоминает моя собеседница, - вижу, бабка пошла на кухню и, видать, собирается попить чаю. Я стою в коридоре и тихонько за ней наблюдаю. Та, значит, налила себе в чашку кипятку, плеснула заварки, берёт конфетку и, не ожидая никакого подвоха, начинает садиться на стул.
Этого момента я будто бы и ждала, а в самое последнее мгновение, неожиданно для себя, резким ударом ноги выбила из-под неё стул. Вы бы видели, как смешно она падала, как взлетели вверх её ноги, а тут ещё этот чай. Это было такая умора, что я не выдержала и захохотала.

Смеюсь и не могу остановиться и слышу, что смех уже больше не смех, а крик. Мой крик. И сама я, перестав чувствовать и управлять своим телом, падаю навзничь и начинаю биться в конвульсиях. Так со мной случился первый припадок.

 
Ещё как-то общались мы с мамой одного двадцатилетнего юноши. Сама женщина приезжала погостить к кому-то здесь у нас на дачу. Зашла в храм, и в разговоре со мной поделилась своей проблемой. А заключалась она в следующем, её сын никак не мог причаститься. В храме вёл себя хорошо, на службе мог часами стоять где-нибудь в уголке и молиться. Подходил к исповеди, каялся обстоятельно, анализируя свою жизнь, мысли и чувства. Но как только делал попытку подойти к чаше на причастие, неведомая сила схватывала его и с силой швыряла на плиты пола, и юноша начинал заходиться в припадке. Эти припадки практически не случались с ним в другой обстановке потому я и предположил, что исходная причина его страданий лежит где-то в духовной области.

Конечно, разбираться с такими сложными духовными вопросами не уровень сельского священника. Мы можем с человеком помолиться, исповедать его, подсказать как и стоит ли ему поститься, какое взять на себя молитвенное правило, а с подобными вопросами отправляем к более опытным духовникам.

Это сегодня, в силу сложившихся обстоятельств, каждый священник является духовником и принимает исповедь. Раньше такого не было, исповедовали только очень опытные отцы. В больших мужских монастырях и сейчас далеко не каждому монаху-священнику благословляется принимать и исповедовать народ.

Но мать, переживая о своём единственном сыне, всё донимала меня вопросами. Отказать в помощи я не мог, хотя и реально помочь тоже был не в силах. Тогда я принялся расспрашивать женщину, и она рассказала о первом внезапном припадке сына, случившимся с ним в одиннадцать лет. После ничего подобного не происходило, до тех пор, пока лет через пять они вместе с мальчиком не стали посещать храм и молиться. Тогда-то при попытке причаститься с ним вновь случился припадок, и такие припадки повторялись только возле чаши. Зная, что дети часто болеют по грехам родителей, я попросил женщину подумать и вспомнить тогдашнюю её жизнь и поступки, предшествующие заболеванию мальчика.

Через несколько дней она меня вновь нашла и сказала, что ей удалось восстановить в памяти те давние события. В то лето они с сыном собрались в деревню к бабушке. Деревня находилась в глухом месте, вдалеке от столицы, и вообще от каких бы то ни было городов. Время пришло, её жители вспомнили, что когда-то их деревня именовалась селом и в нём была своя церковь. Выпросили они у владыки священника, но поскольку село то было маленькое и такое бедное, что даже неприхотливому сельскому батюшке выжить с семьёй было бы невозможно, то и благословили восстанавливать этот храм молодому иеромонаху.

Буквально перед самой поездкой на отдых в деревню моя собеседница прочитала модную тогда книжку «Поющие в терновнике». Когда деревенская скука стала брать своё, молодая незамужняя мама вдруг почувствовала себя героиней того самого женского романа. И объект интереса совпадал, монах, как и в книжке. Столичная гостья применила всё своё искусство очаровывать и добилась-таки своего. Монах, он хоть и монах, но продолжая оставаться мужчиной, не устоял и вернулся обратно в монастырь на покаяние, а моя собеседница, удовлетворив честолюбие и ощутив себя героиней романа, вскоре забыла ту мимолётную деревенскую интрижку, да так, что пришлось приложить усилия, чтобы о ней вспомнить.

Зато её невинный ребёнок вскоре по возвращении в столицу упал навзничь, в первый раз, корчась в муках и захлёбываясь собственной слюной.

Всё больше и больше убеждаюсь, что в наше время, впрочем, как и всегда, дети страдают по грехам родителей. Я ничем не смог им помочь, но хотя бы указал матери путь к покаянию за поломанную судьбу её сына, а это, согласитесь, уже немало.

 
Ещё помню молодую женщину, она зашла в храм, ставила свечи и долго смотрела на иконы. Потом подошла ко мне, оказалось, что она откуда-то из-под Брянска:
- Батюшка, подскажите, кому нужно свечку поставить? У сестры маленький мальчик, не успел родиться, а уже из больницы не выходит. Постоянные эпилептические припадки. Первые три года было ещё терпимо, а сейчас, просто беда, один за другим.

Вспоминая наш разговор с той женщиной психиатром, я стал расспрашивать мою собеседницу о родителях ребёнка, пьют они, или нет, ну, и другие подобные вопросы. Оказалось, нет, родители мальчика очень приличные люди и дурными привычками не страдают.

- Скажите, а кем были ваши предки? Не было ли среди них тех, кто рушил храмы, монастыри, убивал верующих, участвовал в репрессиях, организации голодомора, издевался над крестьянами, охранял сталинские концлагеря?

Она задумалась:
- Батюшка, есть такое. Прадед младенца во время войны добровольно стал служить немцам и участвовал в карательных операциях против мирного населения. Причём, после войны он выжил, и я знаю, никогда не раскаивался в том, что творил с людьми. Считаете из-за него младенчик и страдает?

Больное проклятое потомство. Приходит время и наступает расплата за совершённое нами зло. Впрочем, как и за добро. Меня всякий раз поражают слова 36 псалма: «Я был молод и состарился, и не видел праведника оставленным и потомков его просящими хлеба».

Дал я ей адрес одного батюшки из старинного русского монастыря и посоветовал свозить ребёнка к старцу.
- Думаю вам не только дитя, но и себя и сестру, и вообще всё ваше семейство отмаливать нужно.
- А что, это как-то возможно?
- Возможно, только вера нужна.

Я взял Евангелие от Марка и прочитал ей из девятой главы известную историю о мальчике-эпилептике, евангелист называет его бесноватым, и его несчастном отце, которому Господь на просьбу об исцелении отрока и ответил, «если сколько-нибудь можешь веровать, всё возможно верующему».

И видел потом, как подходит она к каждому образу, крестится и что-то говорит. Я не слышал слов её молитвы, но не сомневаюсь, что всякий раз она повторяет и повторяет вслед за тем рыдающим отцом из евангельской притчи:

«верую, Господи! Помоги моему неверию».

Священник Александр Дьяченко

 
PS   tan_e4ka

да..и почему мы, спрашивается, так плохо живем..((( а оглянуться вокруг.. - страшно даже становится..и ведь не понимают..судя по некоторым постам в ЖЖ..
А уж на Причастии на детей глядеть..я даже за 15 лет и то вижу, какие изменения(((

alex_the_priest:
беснование повально, грех пожирает людей, становится нормой. и было бы странно, если бы этого поражения сегодня не было

 
PPS   e_n_p

> "участковый психиатр из Москвы, рассказывая мне о психических заболеваниях, сказала: - Батюшка, эпилепсия - это всё больше от водки."

Странный психиатр!
Даже немосковский психиатр знает, что эпилепсия, (как и прочие психические, алкоголизм, и наркомания) - заболевание врождённое, НАСЛЕДСТВЕННОЕ. Предрасположеность заложена в геноме.

НО! Проявляется не у каждого. И вот тут уже Господь решает.

Алкоголизм (и наркомания и травма головы) может провоцировать эту наследственность на развитие. (как и многие прочие наследственые предрасположенности) Но не он причина. Алкоголизм вызывает целый список других психических расстройств, связаных с неизбежным повреждением мозга.

> "как и всегда, дети страдают по грехам родителей."

По Ветхому завету.
А вот если верить Евангелию, то не всегда так. Вы же знаете.
Иудеи выросшие на ВЗ, спросили Христа: "За чьи грехи страдает этот слепорождённый? За свои, Или за грехи родителей? Ни за чьи. А для того, чтоб через него явилась Слава Божья"

alex_the_priest:
психиатр - человек очень опытный всю жизнь промучилась с московскими алкашами

 
PPPS   olga_den

Эпилепсия может случится не всегда от наследственной предрасположенности, а от травмы головы или перенесённой нейроинфекции (менингит, мезоэнцефалит). Напр, у актра Николая Караченцова через некоторое время после того как он попал а аварию - началалась эпилепсия.
Беснование и эпилепсия - тоже разные вещи.

alex_the_priest:
я вовсе не претендую на научное исследование, это скорее попытка осмыслить то, с чем пересёкся

 
PPPS   alena_syn

Страшно боюсь эпилепсии, у нас в пионерском лагере девочка во время припадка упала головой ударилась, серьезная черепно-мозговая травма и не смогли спасти :(((( очень талантливая девочка была, взрослая уже - лет 15-16, и парнишка рядом стоял, ничего не понял, очень переживал мальчик что мог ее подхватить на руки и не понял что надо:((( я тогда была молодым воспитателем, я- то и сейчас молодой воспитатель, а тогда мне лет 20 было, такой шок был.

А вот с расплатой за грехи родителей мне вообще не понятно, одной стороны вроде как каждый за свои поступки отвечает, тогда откуда понятие греха рода? У меня этот вопрос просто ужас вызывает...

alex_the_priest:

у о. Анатолия Гармаева есть такое понятие "эффект четвёртого поколения". Следствия наших грехов способны передаваться потомству, и однажды, тельце и психика перегруженного потомка не выдерживает и ломается.

Здесь ещё такой момент, эпилепсия болезнь непростая, и часто рассматривается как беснование. Безобразия родителей полагает начало страдания детей. Точно так же, как и в тексте молитв на венчании - молитвы родителей утверждают основания домов у их детей. Судьбы детей и родителей неразрывны.

ra_myrkovna:

тогда можно вопрос? путь исцеления от эффекта четвертого поколения это молитва, пост. монастырь?
а ведь порой в жизни, временные рамки исцеления, могут быть длинною жизнь....
тогда следом возникает вопрос - для чего человек родился?
чтобы отмолить грехи своих предков? ему ТАМ - это зачтется?

alex_the_priest:

не знаю кому и что зачтётся. Но Иоанн Кронштадский появился не на пустом месте. 350 лет истории чистого молящегося рода воплотились в великом святом. Точно так же, как и в Сергии Радонежском, Александре Свирском, Серафимушке Саровском и множестве других святых и преподобных. Яблочко от яблоньки далеко не укатывается.
А если предки навалили на тебя кучу хлама, то хочешь ты этого или нет, но выбираться из под него как-то нужно. И в храм, и под причастие.
Думаю, нужно просто кому-то начинать эту работу, а там Господь управит, Он же видит наши сердца. Здесь нет механики, Дух дышет где хочет.

 
11.09.2011 - «Геркулесова болезнь»
Блог священника Александра Дьяченко - alex-the-priest.livejournal.com/73068.html

При опухоли головного мозга возможны эпиприступы... Ну , а опухоли это тоже не так просто... На все воля божия !