Как снимать венцы безбрачия, порчу и многополярную шизофрению

Самый христианский жанр - комедия и водевиль

самый христианский жанр - комедия и водевильНет у меня таланта быть тонким, вдумчивым, чувствовать на расстоянии боль людей, исцелять ее. Нет, короче, таланта экстрасенса.

Я обыкновенный глупый православный, у которого сознание разбито на полюсы:
как надо делать правильно, по православному, и как я живу на самом деле...


 
Протоиерей Александр Шмеман называет это религиозной шизофренией, вспоминая, видимо, подлинный греческий смысл этого слова, в котором сознание расколото надвое. А у меня оно расколото на множество воюющих сторон, которые могут жить в мире, только когда у меня все хорошо - с Ним и с ней.

А вчера она мне сказала, что когда я купаю дочку, то почему-то не смотрю в упор на ребенка. Я хотел что-то сказать про боковое зрение, но пошутил о чем-то другом, пошутил зло, а маленькая дочка в этот момент действительно хлебанула мыльной воды, и мне совсем стало грустно. Поэтому я пошел спать на чердак, где я сплю летом в куче старого тряпья, и это мне очень нравится, здесь я по-настоящему счастлив. Мне больше и не надо ничего.

Сейчас 4 утра, рассвет уже обагрил все кровью грядущего жаркого дня. Я сижу и пишу эти слова на ноутбуке, что значительно замедляет работу. На обыкновенной клавиатуре я давно бы написал что-нибудь по-быстрому и, попив домашнего квасу, лег думать дальше про многополярную шизофрению, про жизнь или, может быть, наконец, заснул. Но на ноутбуке я печатаю очень медленно, и это придает тексту обрывочность, потому что пока я печатаю фразу, у меня в голове мимо проносятся десятки образов, про которые я хотел сказать.

А сказать я хотел, что нет у меня таланта быть тонким, вдумчивым и, к сожалению,
не был я никогда экстрасенсом.

 
То ли дело, мой друг Игорь, у которого были длинные ментальные пальцы, проникающие в тело пациента, он держал больной орган как на ладони и видел его насквозь и мог лечить. Теперь он ходит в Церковь, и ментальных пальцев уже не чувствует, но это меня не оправдывает.

Или, например, мой друг Владимир Богомяков, который у себя на кухне приделал на стене термометр и одной силой взгляда поднял температуру на один градус. Я сам видел, как он спорил с женой и, спокойно улыбаясь, говорил ей: "Наташа, ну ты же сама видела, ты же сама свидетель, что температура изменилась". Наташа упорствовала, ей хотелось позлить мужа. К этому времени он с Андреем Гофлиным и Димой Поповым уже ездили по городам и селам с экстрасенсорными курсами, исцеляли людей и пили запоем.

Диму Попова нашли на площадке наши знакомые студентки в виде пьяного летчика-вертолетчика и он прочно вошел в нашу кампанию как умный, интеллигентный друг. Он пел под гитару, страстно любил девушек и был очень начитан. Однажды я встретил его на улице, он шел полузакрыв глаза и держал правую руку ладонью от себя на уровне груди. Я его по наивности спросил, что он делает. Он ответил, что ищет место, где бухают. Он приходил к нам потом на передачу "Вечный зов", которую мы вели на местной радиостанции "Диполь-патруль" вместе с Володей Богомяковым и рассказывал вместе с Ником Рок-н-Роллом как нужно избавляться от запоя, а потом - еще раз вместе с Женей Федотовым говорил об искусстве совращения женщин.

Встречались мы с ним и у Знаменского собора. Я тогда писал работу об иконописи, он попросил меня показать самую, на мой взгляд, древнюю икону в храме. Я выбрал икону "Спаса нерукотворного". Он стоял перед ней некоторое время, повернув ладони от себя, потом восхищенно добавил: "Энергетика так и прет, намоленная икона". А потом совершенно неожиданно он разбился на машине с одним моим знакомым Игорем, по кличке "Полковник".

Мы с Полковником познакомились на реставрации католического костела, тогда университетского Дома ученых, где мне как семейному, начинающему жить с женой и маленьким сыном в университетской общаге на улице Семакова, надо было заработать на холодильник и телевизор. Заработать-то то я заработал, но вот этот самый Полковник вынул из нас все нервы, спокойно и методично поучая и наставляя нас по жизни.

Так вот, Дима Попов на огромной скорости, уходя от милицейского преследования, врезался в столб с такой силой, что Игорь [Полковник] умер мгновенно, а Диму с переломанными ребрами увезли в больницу. Он сразу впал в кому и пролежал ровно сорок дней. Друзья говорили, что врачи боятся выводить его из комы, потому что он может сразу умереть от болевого шока. Он пришел в себя на девятый день и вдруг громко на всю реанимацию закричал: "Священника! Священника!" и снова потерял сознание. Привезли отца Сергия Кистина с Трехсвятительской кладбищенской церкви. Он пособоровал Диму, который так и не приходил в себя. На сороковой день Дима, не выходя из комы, скончался. В гробу он был ужасен, он был весь в синяках и кровоподтеках. Лицо его сжалось в гримасе ужаса и боли. Всегда, когда читаю Правило ко причастию и нахожу слова: "Вижу во гробе брата моего безславна и безобразна", вспоминаю его.

 
С его смертью как-то закончилось увлечение экстрасенсорикой. Все друзья покрестились, чернокнижие и целительство, кажется, - стали забыты.

Меня к тому времени позвали редактировать епархиальную газету, я долго выпускал ее в одиночку, параллельно преподавал в вузе, работал сторожем и диджеем на радиостанции, вел Воскресную школу для ребятишек.

Через несколько лет мне дали в помощь диакона, отца Вадима. Точнее, я выпросил его у архиерея. Я знал его еще долговязым семинаристом, очень начитанным и умным, но с очень тихим голосом. Старик-чтец Тимофей Павлович Кузин, построивший храм в родной деревне отца Вадима, и давший, кстати сказать, Вадиму рекомендацию в семинарию, всегда жалел, что голоса, нужного для священника, у этого семинариста нет. Самого Тимофея Павловича, громогласного правдолюба и доброго христианина, на селе некоторые считали сумасшедшим, а иные - старцем.

Когда-то Вадим ходил к иеговистам, а потом поступил в семинарию. Он был очень начитанным, читал крутое за философию, ночами просиживал у компьютера в представительском кабинете. Тогда он ухаживал за своей будущей женой. Семинаристы традиционно водили своих будущих избранниц из числа учащихся регентского отделения семинарии, на высокий берег Иртыша. Я поинтересовался, о чем Вадим разговаривает с невестой. А он пожаловался, что она постоянно спрашивает его: "Вадим, а на что мы будем жить?" Я ему предложил вспомнить про птиц, которые не жнут, не сеют, не собираются в колхозы и не возделывают клювами землю. Он сказал, что для нее это не довод. Тогда я пошарил в сумке и достал апельсин, пакет вермишели быстрого приготовления [БП - "бомж-пакет"] и сказал: "Вот, возьми. Если вдруг она спросит сегодня, - достань и скажи: сегодня есть апельсин и вермишель, и голодными мы не пропадем". Он быстро вернулся с того свидания, левая щека его алела от пощечины.

В редакции он оказался странно. Он дал мне очень интересные и остроумные статьи, они мне понравились, и я стал выпрашивать его у архиерея. Вскоре Вадим женился, его рукоположили в диаконы и направили работать ко мне. Но статьи оказались чужими. Но меня это нисколько не расстроило. Мне нравился этот заполошный парень, который пару раз напугал меня.

Он почему-то очень нервно спал, часто вскрикивал во сне. Однажды, еще семинаристом он заболтался у меня в сторожке, и я предложил ему остаться ночевать. Ближе к утру он вдруг проснулся, приподнялся на руки и закричал во тьму: "Кто здесь?", при этом он левой ладонью прижал к дивану мою бороду (а мы ночевали на одном сторожеском диване), так, что я не мог поднять головы. Я начал что-то ему говорить, просить его отпустить бороду, но он спросонок, еще несколько минут не мог понять, где он находится, и все время кричал: "Кто здесь?". Так было и когда он ночевал в редакции. Утром я открываю дверь. Он на щелчок замка вскакивает, набрасывает на себя подрясник, бежит к двери, по дороге своим гигантским телом сбивает шкаф, начинает его ловить, - и снова спросонок: "Кто здесь?" Я его ласково называл "мой диакон", а он обиженно говорил: "Так нельзя говорить, ты же не священник".

 
Ну, ладно, вернемся к целительству. Как-то с отцом Вадимом мы поехали сдавать в печать газету. Это всегда происходило поздно вечером, а то и ночью: такова специфика и традиция газетного дела. Газеты, как и все интимное, делаются ночью, чтобы наутро быть новой бабочкой-однодневкой.
Пришли мы в цех упаковки, трудятся там, конечно, одни женщины, несмотря на ночное время.

И вот начальница смены упаковщиц, увидев высокого и красивого диакона, запричитала:
- Ой, Боже ты мой, вы, женщины, поглядите, какого они молодого и красивого уже погубили!
Я спрашиваю:
- А чего ж погубили-то?
- Так как же? Ему же теперь с женщиной нельзя!
- Почему же нельзя? У него жена есть, вот ребенок скоро родится.
У нее сразу наступило разочарование:
- А, так вы обманщики!
Я попытался объяснить, но она только отмахнулась.

Но внимание мы привлекли, укладчицы тиража остановились и все с любопытством смотрели на нас. После обиженной паузы, начальница смены, посмотрела на нас уже с некоторым превосходством и спросила:
- А вот, к примеру, вы помолиться можете, чтобы я курить бросила? А-то я курю двадцать пять лет, и надоело мне это.

Я взглянул на отца Вадима, он был в недоумении, ему что-то делать прямо сейчас не хотелось.
И тут мне в голову вступила моя традиционная глупость, и я говорю ей так очень серьезно:
- Хорошо, я помолюсь за вас, но нужно, чтобы и вы молились тоже. Вас как зовут?
- Тамара.
- Ну, хорошо, раба Божья Тамара, давайте молиться.

Для пущей важности, я положил ей руку на голову и стал читать громко "Царю небесный", а потом сказал: "Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, исцели рабу Твою Тамару от табакокурения. Аминь". Отец Вадим смотрел на меня как на сумасшедшего, а работницы с большим интересом. Потом они просили их тоже всех благословить, и мы долго отмазывались, объясняя, что мы не священники.
Женщины остались недовольны:
- А чего? Тамарку так благословили, а нас чего не благословляют?

Когда мы уже шли домой, он сказал мне:
"Ты чего себя апостолом возомнил? Ты - прохвост и обманщик",
- и добавил,- "Хлестаков".
Я почувствовал себя лжецелителем.

Через некоторое время мы снова оказались в ночной типографии, Тамара встретила нас уже громогласным воплем, так чтобы все работницы слышали:
- А, обманщики пришли! Плохо вы молитесь, я-то как курила, так и курю!

Я (вот человек!) не унимался:
- При чем тут обманщики? Молимся мы, конечно, плохо, но ведь нужно, чтобы и вы помолились. Вот вы сама со мной помолитесь, и перестанете курить.
Диакон при этих моих словах поморщился, - мол, смотри, - прохвост не унимается.

Я достал небольшую иконку Божией Матери, мы отошли в сторонку, я объяснил ей, что она может говорить своими словами, пусть только скажет от сердца, а Богородица ей поможет. Она что-то шептала, я стоял тоже молился. Мы постояли еще потом, помолчали и как-то тихонько разошлись.

Следующий раз Тамара нас встретила снова воплем, но теперь радостным:
- А ведь курить-то я перестала!
- Слава Богу, вот видите, ваша собственная молитва сильнее оказалась. Вы и за себя, и за мужа, и за деток молитесь.
- Да я теперь вижу, что молитва помогает.

 
        А следующий случай с лже-исцелением был еще злее.

Поехали три моих студентки к одной бабуле-гадалке. Жила та в недалекой от Тюмени деревеньке. И в дом ее было два входа. На одном - внешнем, всегда висел здоровый ржавый амбарный замок. Посетители заходили тайной тропой через малинник, их встречала масса веничков из пахучих травок, бумажные иконки, листочки с вырезками из газеты "ЗОЖ", ловко приколотые булавками к бревенчатым стенам, беспорядок и сильный запах каких-то индийских благовоний. Бабуля встречала по предварительной записи по мобильному.

Девицы добрались до дома на своем, подаренном папой, автомобиле, перебрались через заборы, малинник и, наконец, очутились в задымленном помещении, где бабуля пыталась растопить сырыми дровами печку. Она отвлеклась от растопки на драгоценных гостей, назвала их "птичками, рыбками и солнышками" и засуетившись, стала рыться для чего-то по шкафам и полкам, доставая сушеные крылышки птичек и какие-то косточки. Девушки стояли у порога смущенные.

Наконец она остановилась и рыкнула на них: "Заходить по одному". Они вышли в сени. С каждой старуха говорила минут по десять с каждой взяла по пятьсот рублей. Двое вышли спокойными, а вот третья - Настя, вышла бледная и напуганная. По дороге молчали, потому что бабка строго-настрого запретила рассказывать им предсказания.

Через неделю началось. Одна из них, у которой был новенький автомобиль, разбилась на нем, попав в страшную аварию, хорошо, что живой осталась, вторая попала в больницу с острым аппендицитом, и только третья - Настя - пришла ко мне с вопросом: а что же ей теперь делать? Я спросил ее о предсказаниях, она ответила, что старуха говорила много непонятного, но самое главное, что на ней, на Насте лежат венцы безбрачия, и что теперь ей семейного счастья не видать.

Говорю ей:
- Зачем же вы к этой ведьме - то поехали? Разве непонятно, чем всегда эти гадания заканчиваются?
- Мы же не знали. Видите, как все страшно вышло!
- Ну, да ладно, смогу я твоей беде помочь.
- Это как?

Я наклонился к ее уху и прошептал очень секретным голосом:
- Понимаешь, я один знаю, как снимать венцы безбрачия. Могу, если ты согласишься пойти на исповедь и причастие
И многозначительно посмотрел на нее.
- Ты ведь крещеная?
- Да, крестили в детстве.
- Ну, так вот, если ты исповедуешься и причастишься, я особым способом смогу тебя исцелить от этого злого навета и сниму страшные венцы.
- А как?

Я достал мобильник и позвонил знакомому священнику, отцу Владимиру, и попросил его исповедовать одну рабу Божью. Он согласился. Уже через полчаса Настя шепталась с батюшкой в ближайшей церкви. Исповедалась она долго, говорили они часа полтора. Батюшка ей все объяснил, исповедь ее принял, научил, как готовиться к Причастию. Она три дня попостилась, еще раз подошла к нему на исповедь и причастилась. Я уже ждал ее на выходе из храма. Она подошла ко мне вся сияющая и радостная.

Мы постояли молча.
Она смотрела на меня как на Деда Мороза, который должен ей вручить подарок за хорошее поведение.
Я прошептал ей на ухо: - Приготовься…
Она сделала серьезное лицо, напряглась.
Я выпрямился и вдруг громким голосом произнес:
- Снимаются с рабы Божьей Анастасии венцы безбрачия,
во имя Отца и Сына, и Святого Духа, Аминь
.

При этом я руками сделал движения, словно бы сталкивал с ее головы три раза шапку: вправо, влево и снова вправо. Она стояла не шелохнувшись. После "аминь" она зажмурилась. Потом открыла глаза и тихонько спросила: - Все?
Я говорю: - Все. Теперь нет на тебе никаких венцов безбрачия, теперь ты - Божья, и все можешь у Него просить - и мужа, и детей, и долголетия.
Она заулыбалась: - Спасибо.
- Только в храм теперь по-чаще ходи.
- Да, батюшка мне сказал.
Мы потом больше не разговаривали, только иногда кивком здоровались. Не знаю, вышла ли она замуж, но в храм вроде ходит.

Хорошо, что нет у меня таланта быть тонким, вдумчивым, чувствовать на расстоянии боль людей, исцелять ее, потому что есть врач душ и телес - Христос.

 
Почему же, спросите вы меня, почему ты, Мирослав, ведешь себя так безответственно с людьми?

Не знаю, почему. Наверное, потому что человек не должен грустить, таково мое мнение.
Экклезиаст так и говорит:

нет для человека ничего лучшего,
как веселиться и делать доброе в жизни своей,
а все остальное - суета и томление духа.
И если какой человек ест и пьет,
и видит доброе во всяком труде своем,
то это - дар Божий.

То есть человек может сделаться грустным, например, с похмелья, сделаться грустным и познать тщету бытия, но это так - для смеха. Погрустил, понял свое ничтожество, осознал любовь Божию и - снова вперед.

 
        А пришло это ко мне так:

Помню, лежал я в больнице, после того как случайно выжил после тяжелой операции, а было мне лет 13 или 14. Потом я заново учился ходить, и с меня слезла вся старая кожа. Кстати, это совсем не патетично, а скорее смешно, - нет, точнее, весело - умирать. Так и народ говорит: "Жил грешно и помер смешно".

Но я не об этом. Со мной в палате лежал Вовка, мужик лет тридцати пяти, у него была хроническая непроходимость кишок, и его уже раз в пятый резали по одному и тому же месту, отчего в животе его сделалась глубокая борозда от пупа до диафрагмы. И в этот раз его готовили к операции. Он постоянно был весел и рассказывал нам анекдоты так, что у меня от смеха на животе разошелся один шов.

И вот к нам в палату положили очкарика-инженера, у которого был острый гастрит, он питался одними сухарями с чаем и считал нашу компанию оскорбительной для общения с интеллигентным человеком. Вовка так и сяк пытался вывести его из равновесия шуточками, но все тщетно. Тогда, уже привыкший жить в больнице, Вовка, пошел к доске назначений и написал в графе инженера-очкарика ежедневную процедуру - сифонную клизму, это когда закачивают газировку, которая прочищает весь кишечник, чуть ли не до желудка. И медсестры, ничтоже сумняшеся, стали делать инженеру эту клизму каждый день.

Вовка его спрашивает:
- Ну что, инженер, хороша клизма-то? После нее не идешь, а над тапочками летишь!
Тот, бледный, помалкивает.

Подлог выяснился только через неделю, когда инженер взмолился доктору:
- Простите, а нельзя ли отменить эти бесчеловечные клизмы?
- Какие клизмы?
- Сифонные.
- Извините, я ничего вам не назначал.
- А кто тогда?

Тут вперед выходит Вовка и говорит:
- А это я написал ему в графе назначений, потому как он коллектив презрел и с нами общаться не хотел…

Инженер с диким стоном сорвался с постели, бросился за убегающим Вовкой, они долго так бегали в коридоре с криками, за ними бегали, кудахтая, медсестры.

        Я лежал на кровати, слышал все эти крики и улыбался, я был абсолютно счастлив.

 
Храм Божий тоже больница, только духовная.

Теперь, когда я вижу все эти "сглазы, порчи и желания всяческих чудес с венцами безбрачия",
- я улыбаюсь, потому что все мы здесь - пациенты.

И все наши отношения - по любви можно определить словом отца Александра Шмемана:

все это - "святая возня". Господи, хорошо нам здесь быти!

 
2007-08-06 13:34:00, Мирослав Юрьевич Бакулин, "Исцеления и венцы безбрачия", жж zamorin, сбивчивая болтовня


 

- А болтовня-то вовсе и не сбивчивая, даже вовсе и не болтовня :)

zamorin 2007-08-06 10:01 am =
Я пытаюсь разработать новый жанр, который был бы наполнен историями как "Швейк", не скучен лирическими отступлениями и, при этом не терял некоторой напряженности мысли, но обязательно бы имел излом, без этого жизнь невыносима.

Я давно понял, что самый христианский жанр - водевиль.

Трагедия - это язхычество, комедия - это ближе к христианству.
Но все-таки комедия строится по своим законам: комедия положений, характеров и т.п.
А христианство не решает проблемы, оно их снимает.

Так что - ВОДЕВИЛЬ!

- Легко пишете, светло и весело! Несколько раз смеялся от души. :) Пожалуйста, продолжайте это.
Это плод вашего дара совсем другого рода, (вспомнил, некстати м.б., монолог, фенею пересыпанный), - светится и играет жизнью, любовью и добром.
Вашему радостному мировосприятию учиться можно на этих вещах.

Комментарии


Задайте ВОПРОС или выскажите своё скромное мнение:


Заголовок:
Можете оставить здесь свои координаты, чтобы при необходимости мы могли бы с Вами связаться (они НЕ ПУБЛИКУЮТСЯ и это НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО):

E-mail:
  Ваш адрес в соцсети или сайт:

Прошу ОПОВЕЩАТЬ меня на указанный выше e-mail - ТОЛЬКО при ответах в ветке ЭТОГО коммента!

Основы студенческо-марсианского языка

Мирослав Юрьевич Бакулин, преподаватель Тюменской архитектурно-строительной академии

Несколько слов о нашей языковой культуре, речевой практике

 

Мирослав Юрьевич Бакулин, в 2005 - преподаватель Тюменской архитектурно-строительной академииМатерщину сегодня называют мягко – ненормативная лексика, как будто существует некая «норма», позволяющая материться.

Во всем этом надо видеть духовный смысл. Сказано в Писании: «От избытка сердца уста глаголют».

Только человек начинает говорить, и сразу понятно, что у него лежит на сердце. Иной раз смотрим на миловидного человека, он кажется нам красивым, но только он заговорил, только мы услышали его пересыпанную ругательствами речь, сразу становится понятно, что внутри все прогнило.

Напомню, что слово «матерщина» происходит от слова «мать» и в первую очередь матерщина – грех против Матери Божьей. Это не просто сквернословие, это хула на Божью Матерь, на Христа Спасителя. Матерщина – также оскорбление собственной матери. Может быть, если эти духовные корни матерщины молодежи показать, то они будут относиться к своей речи более трезво. Тем более что все это подтверждается простой церковной практикой.

На одном из приходов был замечательный старичок, который любил крепкое словцо ввернуть, говорил, что без этого никак не обойтись, что этот грех невелик, что он покается в нем перед смертью и все. Вот пришла к концу его жизнь, зовет он священника, чтобы исповедоваться. Священник заходит в дом, а уста у матершинника отнимаются – ничего не может сказать, давление поднимается, его всего трясет. Родные говорят: «Извините, батюшка, вот лучше ему станет, мы вас позовем». Через неделю батюшка приходит, снова то же самое, уста отнимаются. Так матершинник и умер без исповеди. Страшнее для христианина ничего быть не может.

 

Основы студенческо-марсианского языка

А теперь об общих местах в речи, которые не менее страшны, нежели ругательства. Я для своих студентов придумал такую карточку, с помощью которой вполне можно общаться на их студенческо-марсианском языке. Карточка простая, состоит из нескольких слов, это общие места речи и слова-связки. Если такую карточку завести, то любому иностранцу, оказавшемуся в России, будет очень легко разговаривать с любым россиянином. Потому что это слова, которые не имеют никакого значения, но, тем не менее, употребляются всеми к месту и не к месту.

 

Общие места речи студенческо-марсианского языка

 

«Все нужно испытать»

А нужно ли все испытывать? Бессмысленная фраза, а употребляется постоянно. Апостол Павел определяет любовь: «любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде». Заповеди Божьи: «не убий, не прелюбодействуй, не укради, не лжесвидетельствуй». То есть не делай чего-то – Господь обращается к человеку охранительно. Так нужно ли все испытывать? Не нужно!

«В этом что-то есть»

Эта фраза есть на плакате (смотрите фото), но почему-то Мирослав Юрьевич Бакулин не раскыл ее применеие.

«Самое главное – здоровье»

Это одна из самых ужасных фраз, которую сейчас употребляют постоянно. Кто сказал, что самое главное – здоровье? Если посмотреть на историю мировой культуры, мы увидим, что Гомер не проклинал свою слепоту, а Бетховен – свою глухоту, для них болезнь была величайшим даром, потому что через болезнь душа человека очищается. Болезнь не проклятье, а огонь, благодаря которому душа становится совершенной.

«Главное – здоровье». Так ли это? Представьте себе совершенно здорового человека типа Чикатило, члена КПСС, который расчленяет методично трупы женщин. Никто не признал его больным, ни психически, ни телесно. Но он духовно и душевно даже не болен, а мертв.

    Четыре проклятья есть у человечества, это:
  1. красота,
  2. богатство,
  3. власть
  4. и здоровье.

Четыре приманки, на которые человек меняет свою бессмертную душу. И вот здоровье – один из таких кумиров, которым Господь заповедал нам не поклоняться и не служить.

У человека есть дух, душа и тело. Какого здоровья мы желаем – духовного, душевного или телесного? Люди часто не знают, что такое духовное здоровье. Человек может быть здоров духовно, но немощен телом, а может быть здоров телесно, но духовно хронически страдать.

«Зачем плодить нищету

Это знаменитая фраза, которая сегодня привела к тому, что у нас на семью приходится 1-2 ребенка. До революции нас было 150 млн. этнически русских, а сегодня всех россиян – 146 млн. Для сравнения - на трех крошечных островах Японии живет 129 млн. японцев. В Китае в начале века было 115 млн., теперь – 1 млрд. 600 млн. На каждого присутствующего здесь в зале приходится 105 китайцев. До революции в русской семье среднее количество детей было восемь человек. А что сегодня?

Вот вам пример из жизни. Все происходило во второй городской больнице [г.Тюмени]. Молодую жену муж-бизнесмен хотел везти на Канары, а она была беременной. Она решила вызвать выкидыш. Доктора отказывались, но в конце концов, она уговорила их за большие деньги вызвать преждевременные роды. Стали делать операцию, а ребенок родился недоношенным, но вполне жизнеспособным. Врач-гинеколог сидит в ординаторской, размышляет, как ей уговорить женщину принять ребенка, понять, что Канары не дороже дитя.

Вдруг открывается дверь и в ординаторскую заходит пожилая женщина с 12-летним кудрявым мальчиком. Женщина спрашивает врача: «Помните меня?». «Нет, не помню».

«12 лет назад у меня муж упал с крыши и сломал позвоночник, у нас было четверо детей, я была беременной пятым. Я просила вас вызвать мне роды, а вы меня уговорили его родить. Знаете, у нас родился чудесный мальчик, он играет на скрипке, лауреат конкурсов, непонятно вообще, откуда у нас взялся такой талант».

Врачу захотелось показать эту пару молодой женщине, показать, от какой радости она отказывается. Она выбегает в коридор, а там шум, суета. Оказалось, что та женщина пришла в себя после операции, нашла своего ребенка и утопила его в ведре, в воде, которой моют пол. Такое вот отношение к детям сегодня.

«У меня Бог в душе»

Его употребляют к месту и не к месту в разговоре об отношениях человека с Богом. Этим оправдывают нежелание ходить в храм Божий и вообще так называемое «нецерковное христианство». Разберемся. Вот, я люблю свою жену, и любовь к жене у меня тоже в душе? Значит ли это, что мы можем жить раздельно: пусть она живет в Чите, а я буду жить в Караганде? Любовь к маме у нас в душе? Да. Может, при этом совсем не обязательно с мамой общаться. Зачем тогда к ней в гости ходить, говорить «мама, я тебя люблю»? Зачем ходить в церковь к Богу? Не надо ходить в церковь, у меня Бог в душе. А кто вам его в душу-то засунул? Сомнительная фраза.

«А кому сейчас легко

Все говорят, что мы живем в страшные времена. Между тем, у нас самая лучшая экология в мире, мы едим чистые продукты, у нас до сих пор еще осталось лучшее образование в мире, у нас одна из самых великих культур, если не сидеть и не плакать, а работать. Тем не менее, все как заклинание произносят: «Все плохо!». Например, встречаю своего коллегу-профессора фразой: «Здравствуйте, надеюсь, у вас все хорошо». Он отвечает: «Все хорошо бывает только у идиотов». Я спрашиваю: «Зачем вы профессор, доктор наук, такой умный, если вы несчастливы? К чему все те знания, которые вы преподаете студентам, если они не приносят вам никакого счастья?».

Кому сейчас легко? Христианину, он знает о промысле Божием о себе и о каждом, он все свои надежды и чаяния возложил на милостивого Бога, Который так любит человека, что Сам стал Человеком, и ради нас был распят и воскрес.

«А что делать

Знаменитый вопрос, на который есть такой же знаменитый ответ В.В.Розанова, который ответил:

«Только больной на голову юноша может задавать вопрос: «Что делать?»
Что делать? Летом собирать малину, а зимой пить с ней чай»
.

Понятно, что надо делать в каждый момент своей жизни – служить Богу и ближнему.

 

Слова-связки студенческо-марсианского языка

 

«Как бы»

И еще рассмотрим весьма употребительные слова-связки – выражения «как бы», «просто», «типа того, что» и «ни о чем». Особенно остановлюсь на выражении «как бы», которое теперь звучит повсюду. Оно появилось у нас вместе с либерализмом, когда человек говорит очень мягко, толерантно, стараясь не обидеть своего собеседника. Он всегда в конце фразы спрашивает: «Да?», т.е. действительно так? Он страшится что-либо утверждать, говорить о чем-то уверенно.

А вот в Священном Писании эту фразу впервые употребляет дьявол. Он обращается в раю к Еве и говорит: «Вкусите и будете как (бы) боги» (Быт. 3,5), т.е. не будете богами по существу, а как бы боги. Это «как бы» – языковое лукавство сатаны.

Вслушайтесь: «Я тебя как бы люблю», т.е. не люблю, а испытываю нечто, возможно, похожее на чувство любви, но по существо не люблю. «Девушка, вы замужем?» - «Как бы замужем, а что?»

Интересно, а можно быть «как бы беременной» или «как бы мертвой». Одна студентка объясняла мне свое отсутствие на лекции: «Я поехала на как бы похороны». Я говорю: «Как это – «как бы похороны?» «Да у нас, дедушка как бы умер». Я спрашиваю: «Как это – «как бы умер»? Живого что ли в землю закопали?».

Или такой перл был на экзамене по философии – студент говорит: «Это - как бы реальность». Я спрашиваю: «Реальность или «как бы»?». «Как бы реальность».

«Просто»

«Просто» - вороватое слово, объясняющее, что человек сделал что-то не нарочно, не желая того. Делал, не думая, что произойдет в итоге. Образ речи, показывающий полную безответственность. Ничего не бывает на свете «просто» - то есть случайно. Христианин в ответе за все свои мысли, слова и поступки.

«Типа того, что»

«Типа того, что» - подобие выражения «как бы». «Типа того, что я тебя люблю» или «Типа того, что я знаю» - на самом деле и не люблю, и не знаю.

«Ни о чем» (или м.б., сюда-же: «Ничего»)

Еще у современной молодежи любимое словечко «ни о чем». Оно заменяет популярное английское выражение «for fun». «Как сходил в кино? – For fun». Или по-русски: «Я вот ходил в кино, фильм ни о чем». «Значит, не было никакого содержания, смысла? Не было ни изображения, ни звука?» «Были, но они – ни о чем». «Так ты ничего не видел и не слышал?» «Видел, все равно – ни о чем. Не охота думать».
Или другой диалог: «Я встречалась с молодым человеком. – Как он? – Чувак ни о чем».

 

Фантастические способности открывает студент в себе, когда он сосредоточен

 

Каждый раз, как мы общаемся, неплохо было бы вдумываться, О ЧЕМ мы говорим и КАК. Дело даже не в том мате вульгарном, грубом, а в том, как речь построена, как студент отвечает на экзамене. Сейчас реформа высшего образования ведет к тому, что студент перестанет общаться с преподавателем, живым человеком, а будет тестироваться компьютером. Студент перестанет говорить с преподавателем глаза в глаза, а ведь это именно тот момент, когда из студента создается культурный, интеллигентный человек. Вот он трясется перед экзаменом, но на самом экзамене открывает в себе супервозможности, заново выводит формулы, на открытые которых ученые потратили столетия. Фантастические способности открывает студент в себе, когда он сосредоточен. Если бы вся Россия жила так, как студенты во время сессии, то давно бы наступил коммунизм.

 

Сила из языка уходит, бессилен становится язык - не так велик и могуч

 

Как было бы прекрасно, если бы в нашей речи возникли фильтры для выражений «типа того, что», «как бы», «ни о чем», тогда мы хоть на миллиметрик приблизились бы к тому замечательному русскому языку, который завораживает своей красотой.

Вот всего месяц назад я общался с москвичами, которым за 80, я сидел и просто слушал эту музыку – как звучит русская речь, как вкусно, сладко, а ведь это просто сидели пожилые люди на кухне, готовили постную трапезу. Как красиво они говорили между собой, как много было здесь слов, которые мы знаем, но которые выпали из нашего обихода, какое духовное пространство, это непередаваемо.

 
Надо нам из нашего языкового тупика выходить. Думаю, с помощью Божьей, с помощью великого и могучего церковно-славянского языка мы сможем приблизиться к той глубине русского разговорного языка, который ныне стал не так велик и могуч. Сила из языка уходит, бессилен становится язык, нет в нем силы Духа Божия, если говорящий не наполнен любовью к слушающему и не умеет слушать сам. Тот подвиг, который совершили для русской словесности святые Кирилл и Мефодий, неоценим. Мы должны им поклониться и помолиться, чтобы наши дети говорили чище, лучше, чем мы.

 
Выступление 31 мая 2005 года в Тюменском государственном нефтегазовом университете Мирослава Юрьевича Бакулина, преподавателя Тюменской архитектурно-строительной академии: "О чистоте языка", www.russned.ru/kultura/o-chistote-yazyka

Смайлик скрывает истинный смысл - Долой смайлики!

Все приличные люди знают, что письменный текст не передает эмоций или передает их амбивалентно.
Очень трудно письменно пошутить, не обставив шутку большим текстуальным телом,
или не сославшись на известный контекст.

Теперь же в Интернете люди боятся ПРЯМЫХ ВЫСКАЗЫВАНИЙ,
везде царствует ирония и сарказм,
как последствия постмодернистской революции,
исповедующей многополярность множества истин,
то есть отсутствие Единой Истины для всех
.
Постмодернизм – это философский атеизм.

Вот в этой-то среде всепоглощающей иронии и - смеха, как нервной икоты,
на письме появляются смайлики,
которые, будучи поставленными в конце предложения,
намекают читающему на ироничность высказывания,
на противоположный смысл того, что сказано, (а в этом смысл иронии),
на, образно сказать, "НЕпрямую речь".

Христианам в этой ситуации остается высказываться прямо и точно с упованием и любовью, и надеждой, что их слова будут восприниматься прямо, то есть нешуточно.

Поэтому считаю, что употребление смайликов на письме для христиан вещь невозможная и немыслимая.

Это не отменяет постоянного веселья христианского,
но, поверьте,
весьма безумно выглядят фразы: «я тебя люблю :D», «я тебя ненавижу :) »

12 янв 2009, 17:22, Мирослав Юрьевич Бакулин, "Долой смайлики!", forum.russned.ru

А вот юзерпики - как раз совсем другое.

Юзерпики - это маска, которая скрывает лицо.
Любое лицо - икона Бога, даже обезображенная грехом и пороком,
но все же - икона (как поцарапанная, с выколотыми глазами на ликах).

А маски - это признак праздника,
когда человек скрывает свое лицо для отмены обыденности.
Через отмену обыденности: рабства работы и трудности труда - праздник показывает ПРАЗДНОСТЬ,
отмену тяжести бытия и радость духовного мира.

Праздник преодолевает абсурдность бытия,
сквозь нарушение обыденности
проглядывет торжествующая правда Христова.

Отсюда - маски одежды, маски жестов, маски эмоций.
Это как раз для сохранение истинного лица для Бога.

Если хотите - юзерпики - это юродство, для отмены законов мiра здешнего, ради мира духовного.
Мы, христиане, ведь единомыслие исповедуем,
отсюда и карнавал святок с выворачиванием тулупов и ряжеными.

Так что в одну корзину валить не надо.
Юзерпик скрывает ранимую душу, смайлик скрывает истинный смысл.

12 янв 2009, 17:23, Мирослав Юрьевич Бакулин, "Юзерпик скрывает ранимую душу", forum.russned.ru

Чем лечить бесноватого человека - митрополит Антоний Сурожский всегда отвечал, что только электрическим стулом, бесы электричества боятся, сразу выскакивают!

1. Приехал я 11 числа в Москву, чтобы оттуда отправиться со всей честной делегацией в Ярославль на 12 фестиваль "Радонеж", коего второй год генеральными спонсорами мы и являемся. Заявлено около 170 фильмов, 150 теле и кино-компаний [...]

2. На следующий день обошли весь [Толгский] монастырь, приложились ко всем святынькам, помолились.

С радостью обнаружил часть мощей преподобного Иосифа Исихаста, весьма чтимого мною святого. Как раз перед отъездом хотели заказать икону преподобного Иосифа, да не просто икону, а икону - мощевик, потому что у моего друга Ивана Росы, для которого преподобный является заочным духовником, очень родным по духу святым, есть частица мощей этого праведника. Тогда нам духовник сказал, что пока икону писать рано, так как нет еще общецерковного прославления в России. А здесь, в Толге, так все просто: мощевик - и на нем надпись - "преподобный Иосиф Исихаст".

Потом жюри сидело в весьма холодном ДК ярославских строителей электропоездов и смотрело фильмы. За эти дни в общей сложности поглядел я около 50 фильмов. Срез работы киношников и телевизионщиков за этот год. Много проходного: девочки со свечками, благообразная чушь и благие намерения. Но были и шедевры.

Единственный фильм, который не вызвал никаких дискуссий был "Две жизни Ясобуро Хачия" (автор и режиссер Алексей Погребной). Этот фильм можно назвать послезавтрашним днем православного кино в России. Документальный фильм о японце, волею судеб оказавшемся в России, перенесшем 10 лет лагерей и вернувшимся на родину, на самом деле оказывается памятником Русской Женщине, той, с кем он прожил в России 30 лет. Она разыскала родню "Якова Ивановича", как она звала Ясобуро, его потерянную в 30-е годы жену и отдала его (а какая женщина отдаст своего мужа?) - только, чтобы ему было хорошо. В фильме нет ни слова о Христе, мы только видим как она отправляет мужу в Японию пасхальные куличи, но в этом фильме показаны Любовь, Самоотречение, Верность.

Мне очень понравился двухсерийное начало сериала "Томский благовест", режиссеры - супруги Марк и Ирина Минины. Фильм сделан по очень крепкому, историческому сценарию, рассказывающему о становлении Православия в древнем томском крае. Сделано все без слащавости и патоки. В прошлом году мы видели постановочные фильмы украинских студий, где стерта грань между чудесами и спецэффектами. Так вот, томичам удивительно удалось этого избежать, их рассказ интересен и сердечен. К тому же фильм ведут трое ведущих - совсем разные, самые "народные" и скабрезные истории рассказывает актер-дед у самовара. Хороши и постановочные моменты и мультипликация и вообще сам душевный фон фильма. Ирина Минина на награждении сказала, что у них - два сына, одному двадцать лет, а другой - маленький. Они хотели делать фильм, который был бы интересен и тому и другому, и уж тем боле взрослым. Это им удалось.

Много споров вызывали фильмы студии "Фишка-фильм". Особенно - "Космос и хаос Алексея Лосева" (реж. Ирина Васильева). Фильм визуально построен на хронике, а текст нарезан из дневниковых воспоминаний Алексея Федоровича. Весь фильм ищет лосевского понимания любви, и потому говорит о юношеских влюбленностях, об эротических размышлениях, о женитьбе, о ссылках, о философских поисках великого Лосева. Но получается все это как-то скабрезно. В качестве искусителя главного героя дан голос актера Филиппенко, который ассоциируется со всей советской властью, изображенной в фильме качающимся на стуле Берией.

Но стоп, значит смысл фильма прост - вот, смотрите, было ужасное время, плохие обижали хороших, а хорошие еще и тайно монахами становились. Но ведь все это не так. Это так, если порезать дневники Лосева на очень узкие полосочки. Его дневники, в первую очередь - очень смешны, веселы. Они куда как смешнее Довлатова, воспевающего абсурдность бытия без Бога. Для Лосева Бог есть, и потому его смех просвечивает вечные смыслы через кажущийся внешний абсурд. И поэтому, пройдя мимо этого, фильм получился прямолинейным и потому чернушным, более того - мракобесный.

И этим вообще страдает современная православная документалистика. Христос - радость. Так вы и покажите эту радость. Единственный старый фильм, где был снят еще живой Лосев, он поет какую-то веселую швабскую песню, весело стуча кулаками по столу. Да что там говорить, он женщинам плакать запрещал, считая это неуместным в радости бытия.

Такие же вопросы вызвал фильм "Видения на Неве" (к.с. "Отечество") по дневникам Достоевского и св. прав. Иоанна Кронштадтского. Визуально поработали с архивными фотографиями, вписав их в реальные интерьеры, добавили игрового начала. Но все тот же мрачняк: два пророка предрекают гибель великого государства, которое на самом деле - колос на глиняных ногах.

Выбраны самые патетические обобщения, самые ядовые высказывания. Все это похоже на тот томик Ницше, которые после его смерти выпустила его сестра, систематизировав цитаты по какому-то ей одному ведомому принципу, а, они, эти цитаты, в свое время были подхвачены нацистами. С бабами всегда так.

Вот и здесь тоже: ужасные годы, все будет плохо, они двое это понимают, остальные бараны катятся в бездну. А где же радость Христовой Веры? Где, я вас спрашиваю, радостное исповедничество? Где понимание того, что все эти годы "очевидно понимаемые как самые страшные" - это СЛАВА христианства. И пророчествовать об этой славе, то же самое, что говорить: "завтра будет день".

Все это на уровне дебильных общих мест: "свобода, равенство, братство" - кто свободен по-настоящему? Разве Господь сделал всех равными? Где истинное жертвенное братство во времена господства?
Это то же, что выкрикивать глупости: "любовь всегда приятна", или "страдание - это всегда плохо". Охо-хо!
Действительно, Христова премудрость - тайная от мира сего, и его некоторых кинематографистов.
Гибше надо быть, гибше.

 
Ну да ладно. В общем, пересмотрели мы 50 с лишним фильмов основной программы. Определились с номинантами и стали дожидаться еще членов жюри из Москвы - трех дам. Дамы эти в Ярославль приехали поздно вечером в предпоследний день, и тут началось самое веселое. Дамы эти в командном порядке объяснили нам, кого они желают видеть в номинантах и объяснили почему. Их с номинантами связывает долгая и крепкая дружба, и обойти вниманием кого-то - значит нарушить корпоративную этику. Естественно, что их список весьма разнился с нашим, точнее совсем не совпадал, за исключением фильма про японца.

Нависла неловкая тишина. В тишине этой один из членов жюри - батюшка тихо переметнулся на сторону новоприбывших, чтобы "сохранить мир". Стали отсматривать спорные фильмы, тишина без обсуждения становилась все более зловещей.

Закончилась она моей истерикой. Выпучив глаза, я орал всякие немыслимые оскорбления в адрес прибывших дам, и тут же сотни раз извинялся. Я, подобно раненному зверьку, верещал что-то про барыг и искусствоведов, нес всякую благочестивую чушь про то, что Христос - это радость, а не мракобесие, и тому подобное.

Остановил меня "миролюбивый" батюшка. Он объявил, что "все вот сейчас были единодушны", а я вот "не в духе", и мне "нужно извиниться и замолчать, чтобы сохранить мир". Но мир, к сожалению, был уж нарушен до конца. Тетки обиделись, я заискивающе просил и снова просил прощения. Но выход куда-то пропал.

К полуночи, при моем полном молчании, жюри решило служить молебен (!) и тянуть жребий. Как на выборах патриарха. Секретарша, слабая на нервы, безутешно рыдала. Батюшка крестил бумажки, на которые написали названия фильмов. Шесть было "наших", шесть "дамских" и одна с фильмом про японца.

Безумие!
И это цивилизованные православные, которые единомыслие исповедуют!
До жребия дошли! Ужас!

Помолившись, батюшка стал доставать билеты,
но прежде этого посмотрел на меня уничижающе
и сказал: "Есть Бог на свете, есть".
Мол, не беспокойся.

После моей истерики и обвинений, а потом долгих извинений, я сник, чувствовал себя подонком, и ждал звука небес, громыхающих о моем ничтожестве. Каково же было мое удивление, когда батюшка достал первые пять фильмов точно по моему списку (причем именно в том порядке, как я расставил по местам), потом назвал фильм про Лосева и фильм про японца, который тоже был в моем списке.

Дамы хранили гробовое молчание.
Я стал не просто подонком,
я стал подонком со связями в небесной канцелярии,
на веках их было написано: "в мире сем везет злодеям",
глаза их на меня уж не смотрели
.

 
3. За пару часов до награждения состоялся круглый стол, на котором мы искренне поблагодарили создателей тех фильмов, которые нам особенно понравились. Как это не поразительно, но все разговоры завертелись опять вокруг пресловутого профессонализма. Причем говорили об этом представители самых маленьких и самодеятельных компаний.

При чем тут профессионализм? Ты смоги Бога по телевизору показать через человека или через ситуацию, а если не можешь, то будь ты сто раз профессионал, а все равно останешься медью звенящей и кимвалом гремящим. Но люди-то были в основном на фестивале не просто хорошие, а лучшайшие. Если ИХ фильмы показывать по всем телеканалам хотя бы неделю, Россия стала бы другой страной. Дон-кихоты-подвижники в лучшем смысле слова.

Награждение проходило в старейшем театре России - театре Волкова. И здесь мы снова столкнулись с небесной иронией: организаторы так все устроили, что призы вручали те люди и тем фильмам, против которых они усердно боролись. Поэтому поздравления были с кислыми минами. Мне одному было хорошо.

У меня в кармане лежал мятый пакет с сотней тысяч рублей. Это был приз от "Русской недели". Предполагалось дать его отцу Тихону (Шевкунову) за его шедевр про Псково-Печерскую обитель, который и так получил гран-при. Но я подумал, что у отца Тихона "и так денег есть", и мы вручили приз режиссеру Наталье Сергеевой за фильм "Рождество", он был снят по сценарию Татьяны Фоменко, которая уже во время съемок была очень больна раком. Но даже ужасные боли не помешали ей сделать сценарий, полный любви и радости Христовой.

2 февраля этого года она скончалась. Остались двое детей. Вот им-то я и решил отдать деньги. Вышел, мятенький такой, достал пакет с бабками и передал Наталье. Почему-то этот пакет произвел на творческую интеллигенцию больший эффект, чем все остальные призы (русский человек любит конкретику): Александр Богатырев сказал "Я думал ты парень хороший, а ты - при грошах", некоторые предложили снять для меня фильмы про что угодно.

После был банкет у губернатора, там мы вручали еще подарки, потом поехали ночевать в Толгу. Познакомился с чудеснейшей Валентиной Матвеевой, которая 15 лет снимала фильмы про митрополита Сурожского Антония. Рассказывает, что когда Владыку спрашивали, чем лечить бесноватого человека, он всегда отвечал, что "только электрическим стулом, бесы электричества боятся, сразу выскакивают".

Кинофестиваль стал этим электрическим током, который выяснил нашу полную и полу-проводимость.
Несколько дней внутри святынь, в окружении талантливых людей, да еще и верующих - это ли не счастье?

12 янв 2009, 17:55, Мирослав Юрьевич Бакулин, "Из Ярославля с любовью", forum.russned.ru

Евгений Никифоров говорит умное: "Мужчина без Бога то же самое, что женщина без мужчины"

Был в Москве и в Ярославле. Организовывали кинофестиваль "Радонеж".

Москва неторопливая, сытая, неповоротливая, жадная, непрофессиональная и очень богомольная. Все-таки почти 600 храмов. Метро просто создано для молитвы. Зачем ездить на Афон, если каждый десятый житель страны живет в одном городе, который всем своим подземельем взывает ко Господу?

Москва, гранты, депутаты, Мосгордума, конец лета холоднее, чем у нас в Сибири. Даже две футболки, одетые разом, не спасали от холодного ветра, щекочущего по ребрам.

Утро, дорогой джип, бизнесмен 160 кг весом, нас везут в Ярославль.
Разговоры о неустройстве вселенной, о женской глупости, о браках.
Евгений Никифоров говорит умное:
"Мужчина без Бога то же самое, что женщина без мужчины".

250 километров ехали 4 часа - страшно медленно, мы до Тобольска долетаем за полтора.
При этом тормознули менты, выставили на штраф за превышение.
Бизнесмен вне себя, материт водителя и Ментов,
ненавидит все русское,
русскую несносную глупость и взяточничество.

А я вот русских очень люблю,
их белесые глаза,
которые и продадут и выдадут,
но с такой любовью.

Грабит тебя мент - хорошо, потому что он - мент.
Я однажды выпивал в компании гаишников,
и один мне сказал:
"Я каждый день просыпаюсь, и помню, что я мент, а все менты - козлы".

Значит, - он все понимает,
он понимает, ЧТО о нем думает его народ,
и не отказывает своему народу,
- выполняет неприглядную, но необходимую роль.

Он выполняет свою функцию - он нарушает закон, охраняя его,
это его квота на закон, он его нарушает, чтобы его не нарушал я.
А если он не станет нарушать его,
то тогда квота на его нарушение перейдет ко мне и всем прочим,
и нам ничего не останется, как только…

Короче, - очень я русских люблю.

 
Посетили Ростов Великий - крошечный запущенный городишко. Посетили монастырь с храмами в стиле самого ядовитого классицизма: барельефы, колонны и иллюзионистическая роспись сводов.
Там же и приложились к мощам святителя Димитрия Ростовского, а в этом году 250 лет его прославления.

Ярославль поразил своей неспешной русской красотой, миллионный город, которому почти тысяча лет. Трех-четырехэтажные дома, плотно прижались друг ко другу, так что оконца их вытянулись вверх и стали узкими. Набережная Волги, беседочки, влюбленные, храм через каждый квартал.
Неразрушенная среда русского города с бульварами, парками и площадями,
все очень маленькое и весьма уютно.
Сразу захотелось здесь жить.

Были представлены Владыке Ярославскому Кириллу. Чудесный, умнейший человек, образованный, ироничный, все схватывающий на лету. Его секретарь - прекраснейший и всезнающий, добрейший архимандрит Вениамин и помощница Юлия Владимировна Стихарева, которая преподает в семинарии и издает епархиальные ведомости, выходящие в формате журнала.

Общались с чиновниками из области и города - везде радушнейший прием и всегдашнее "да".
У нас, в Сибири, вас выслушают и сразу скажут утешительное: "Нет, это невозможно",
а здесь - сама любовь и радушие,
и всегдашнее очень толковое желание помочь и разобраться,
и вникнуть и предложить что-то креативное.

Вечером гуляли по берегу и городу,
смотрели, поражались сохранившемуся русскому миру.

Ночевали в Толгском монастыре. После трапезы видели дивное диво, со строны Волги светило красное заходящее солнце, над монастырем проходила грозовая граница, а на фоне грозовых облаков, над монастырем, от одной стены до другой в небе висело две ярчайшие радуги. Киноварь заката, и многоцветие завета Бога и человека, да еще и в два этажа. Оно и понятно - здесь мощи святителя Игнатия (Брянчанинова), частица ризы Господней и чудотворная Толгская икона Божией Матери.

Оглядели в монастыре все постройки, здесь будут размещаться участники фестиваля. После вечернего правила отошли ко сну в неотапливаемых кельях, мне не привыкать, я и так почти всегда сплю на улице. Хотя вечернее гуляние несколько нас переохладило.

Утром были за литургией, завтракали, снова ездили по делам: смотрели кинотеатры и гостиницы. На обратной дороге рассуждали, что человек вынужден выносить страдания не "почему", а "зачем". Больной не должен выискивать причин своей болезни, а размышлять, для чего дана ему эта болезнь.

Бизнесмен ругался матом, но как-то мило, скорее бессильно и обиженно. На обратной дороге джип нырял по русским неглубоким холмикам, и каждый раз забираясь наверх, видел через свое лобовое стекло храмик на пригорке. Хорошо жили русские.

Теперь, говорят, что в епархии множество брошенных деревенских храмов. Деревни вымирают, народ разъезжается, и храмы пустеют, а потом их разворовывают. В этом смысле Ярославская епархия - это наше послезавтра.

Понастроят храмов в Сибири в новых городах нефтяников,
а кто туда ходить будет?
Кто будет миссионерствовать?
Кто будет собирать христиан для молитвы,
если формально и так все крещены?

Ну кто, - ну, телевидение да радио, да кино хорошее. Поэтому и кинотелефестиваль затеяли. Даст Бог, получится.

12 янв 2009, 17:15, Мирослав Юрьевич Бакулин, "Тюмень - Москва - Ярославль - Тюмень", forum.russned.ru

Я как-то шел ночью по ул.Республики мимо будочки, в которой сидят милиционеры, народ их ласково называет «гравицапы». Вдруг оттуда выбегает невысокого роста милиционер в огромной шапке и ласково говорит мне: «Стоять». Я говорю: «Стою». Он подходит ко мне ближе, заглядывает в лицо и спрашивает: «Кто такой?». Я ему говорю: «Ты знаешь, я и сам часто задаюсь вопросом, кто я такой?». Он постоял-подумал и говорит: «Продолжать следование». Я говорю: «Слушаюсь» и пошел дальше.
12 янв 2009, 17:21, Мирослав Юрьевич Бакулин, "Ночные беседы", forum.russned.ru

Мирослав, доброго времени

Мирослав, доброго времени суток! Моя 4-х летняя внучка спрашивает: "Дети, у которых крест на груди "верят", а детишки без креста в кого верят?" Как бы корректно ответить ребёнку? Мирка, ответь, пожалуйста. Аксана Моргун.

Как всё узнаваемо, как живо и

Как всё узнаваемо, как живо и толково написано! Молодец автор! Каждая девочка, каждый священник предстают живыми людьми во всех своих чувствах.

Майя Кучерская, Светлана Наумова нагоняют уныние, потому что нет в их анекдотах ПРАВДЫ

В дороге читал я тексты из "real pateric" и тексты из "Клировых ведомостей" Светланы Наумовой, (она же: user 2003).
И вот к какому неутешительному для себя выводу я пришел.

Все эти истории, написанные "для смеха" и "правды ради",
имеют свой смысл для людей твердо стоящих в вере,
и понимающих КОНТЕКСТ этих рассказов
.

Но вот что поразило меня.
Читал я Майю Кучерскую,
и ее "Рассказы для впавших в уныние" -
привели меня к ужасному унынию, которое я никогда раньше не испытывал по своей недалекости.

И вот почитал я ныне текстов,
и привели они меня в полное уныние,
потому что нет в них ПРАВДЫ.

И поймал я себя на том, начав писать истории про батюшек (предыдущие несколько постов о священниках, служивших в одном монастыре), я стал согрешать против Истины.

Только тогда имеет смысл писать о людях Церкви, когда ты видишь нечто спасающее самого тебя.

Греха вокруг так много, так много вокруг страдания, что выискивать вшей греховностей на пажитях Господних - это обнажать наготу церковную без необходимости.

Только тогда пиши,
когда видишь в этом промыслительный перст Божий,
когда можешь согреть кого-то любовью своею или любовью,
оказанной при тебе, (чему ты свидетель).

Русская литература 18-19 веков почти не оставила положительных героев, (за редким исключением Гриневых в "Капитанской дочке"), именно потому, что пошла не по тому пути.

По Тому Пути пошли: Гоголь, Никифоров-Волгин, отец Ярослав Шипов, отец Николай Агафонов, хотя, конечно, у каждого есть свои недочеты.

Здесь очень тонкая грань между паточной слащавостью от упоения недостижимой святостью,
и жалким осуждением человека, наделенного священным саном.

Надо искать радости во Христе, надо искать проявления веры в окружающих тебя людях.
Радоваться самому и дарить радость другому.

А не ввергать талантливо и умно других в мир, который без Христа покажется адом.

Да и вправду, придем мы в больницу и застанем там больных без доктора,
больные стонут и ведут себя дурно, корчась от боли, а Доктор все не идет…

Прошу у всех прощения.

12 янв 2009, 17:12, Мирослав Юрьевич Бакулин, "Демаркационная линия на духовной границе", forum.russned.ru

Вопросы-ответы за месяц